.RU

Книга подготовлена для библиотеки Huge Library (Scan, ocr, ReadCheck unbekannt; Conv InternetMC; Ilustr FaerSalamandra) - 22


Похожие сцены разыгрывались по всему городу. Улицы были словно реки огня, дома — как жертвенные свечи, сражение — будто болезнь, постепенно поражающая всех.
Аларик отвернулся. Усугубить этот кошмар он уже не мог. Юстикар направил катер вверх, разгоняя его до орбитальной скорости. Он глянул на указатель уровня горючего. Немалая часть топлива испарилась за те годы, что катер простоял без дела, но все же осталось достаточно, чтобы покинуть атмосферу и унести Аларика с орбиты и, возможно, доставить куда-нибудь, где Инквизиция сумеет найти его. Именно поэтому он покинул «Молот Демонов». Даже если Земля Обетованная, обещанная Эрхаром, существует, в ней нет места для Аларика. Пока еще нет.
Атмосферные вихри Дракаази сменила болезненная пустота Ока Ужаса. Не лучшее место, чтобы болтаться здесь одному, но все же менее опасное, чем Дракаази. Аларик мог, если понадобится, годами пребывать в полусне, мозг его отключался на это время, поддерживались лишь самые основные жизненные функции. После Дракаази вполне можно потратить хоть несколько лет на то, чтобы хорошенько все обдумать.
Едва Аларик включил главные двигатели на полный ход, небо над Вел'Сканом лизнул огромный язык рыжего пламени. Это был дворец Эбондрака, наконец-то обрушившийся в шквале огня. Эбондрак, вероятно, погиб.
Аларик не почувствовал от этого никакого удовлетворения.
Шум планетарной атмосферы стих, и Аларик навсегда покинул Дракаази.

Раэзазель Лукавый слизнул кровь с лица Дорваза. Вокруг него на палубе «Молота Демонов» лежали сотни растерзанных окровавленных трупов гатранцев. Он налетел на них, будто смерч, в их крохотных, ограниченных умишках остался один лишь страх, а потом Раэзазель коснулся их, и наступила тишина.
Он скользил по коридорам и палубам корабля. Они были привычными, как одно из его собственных обличий, как удобное облачение из плоти: святилища и надписи, сделанные пилигримами, не понимавшими, что служат делу Хаоса; само строение корабля, в котором уже было ловко заложено обращение к Богу Лжи; его запахи и ощущения.
«Гекатомба» сгорела, чары, наложенные на его тюрьму, разрушились, и Раэзазель оказался на свободе. Он был жестоко наказан Веналитором, но все же Раэзазель оставался демоном, детищем варпа, и он все еще был опасен. Он проплыл над улицами Вел'Скана, наслаждаясь войной, поразившей город, и отыскал «Молот Демонов» там же, где и оставил его, в полуослепшем черепе. Пробраться на борт было просто. Перебить гатранцев оказалось сложнее, поскольку Раэзазель давно не практиковался, но было так славно снова быть свободным, так приятно убивать. Скоро он опять набьет на этом руку.
Раэзазель скользил по палубам к капитанскому мостику. По дороге гатранцы пытались сражаться с ним, но ужас ослеплял людей, когда он бил их в живот своими щупальцами или извлекал кривые золотые ножи, чтобы разрезать их на части. Большинство из них он высасывал досуха, оставляя лишь пустую оболочку, похожую на сброшенную кожу ящеров. Некоторых вплавлял в священные стены «Молота» или выворачивал наизнанку.
Он был теперь сильным. Свободным от своих уз. Одно обличье пришло в негодность, но зато появилась сотня новых. Он был великолепен. Он был воплощением самой Лжи.
Мостик был перед ним. Раэзазель расплавил взрывоустойчивую дверь, превратив ее в лужу жидкого золота.
Внутри находилась великолепнейшая коллекция разумов, какой Раэзазель не видывал уже много столетий.
Они верили.
Он попробовал их веру на вкус. Они верили в религию, основанную на остатках культа самого Раэзазеля: обрывки священных писаний, несвязные воспоминания о паломничестве. Из ничего вдруг появились новые души, поверившие в ложь.
Раэзазель рассмеялся. Просто поразительно. Сами того не желая, обманутые им овечки положили начало целой новой породе обманутых верующих.
Раэзазель принял облик ночного кошмара и ворвался на мостик.

Эрхар схватил автоматический пистолет, лежавший в кобуре под командным пультом. Он стрелял не целясь, поскольку демон, обрушившийся на мостик, был настолько велик, что промахнуться было невозможно.
Он выпустил половину магазина сразу, слыша лишь вопли и звук льющейся крови. Хойгенс исчез в сине-золотой клубящейся массе демона.
Они были уже так близки. Они покинули Дракаази со всеми ее ужасами, и вот теперь такое.
По крайней мере, они почувствовали вкус свободы. Эрхар говорил себе это, когда окровавленные щупальца обернулись вокруг его тела и вспороли ему живот.
Его выдернули из-за пульта. Его пистолет упал, а вместе с ним и кисть, отсеченная по запястье золотым серпом. Он взглянул в десятки глаз и ртов, нависших над ним, и инстинктивно понял, что он в когтях у Раэзазеля Лукавого.
Эрхар протестующе завопил, и сотня ртов поглотила его.

Раэзазель дотянулся и вырвал душу у верующего, сидящего за навигаторским пультом, отделив нематериальную субстанцию души от тела из плоти и крови. Остальные пилигримы пытались спастись бегством или драться. Те, кто дрался, изрядно позабавили Раэзазеля, тыча в него всем, что попадется под руку. У двоих было оружие из судового арсенала. Раэзазель растопил пол под ними, и они по бедра погрузились в расплавленное золото и корчились в муках, сгорая.
«Молот Демонов» — славный корабль. Очистив мостик, Раэзазель сможет развернуть «Молот» и улететь на нем к новому миру. Там он начнет все сначала. Он найдет себе планету, невежественную и отчаявшуюся, и даст ей пророка. Тзинч получит наконец свое.
Раэзазель поглощал человека по имени Хойгенс, жадно всасывая его воспоминания, отрывочные картины жизни, полной смятения и ужаса, и восхитительное отречение от своей веры в конце.
Он так наслаждался, пожирая невежественный разум Хойгенса, что не сразу заметил, как последний остававшийся в живых поднял с пола автоматический пистолет.

Хаггард отпихнул ногой отрубленную кисть Эрхара и поднял пистолет. На ватных ногах он двинулся к навигаторскому пульту, когда Раэзазель наконец весь перетек на мостик. Последние верующие исчезали в его массе. Хаггард знал, что все остальные на корабле мертвы. Свободы от Дракаази не будет. В живых не останется никто.
Хаггард со всей ясностью осознал, что просто выжить бывает недостаточно.
Сотни глаз обратились на него. Хаггард не знал, сможет ли пошевелиться. Он никогда не видел ничего более ужасного, оно сияло синей плотью и золотыми клинками, подернутыми серебром.
— Где… — запинаясь, выдавил он, — где мои друзья? Они мертвы?
— Конечно, — ответила ему сотня голосов сразу.
— Хорошо, — сказал Хаггард и ударил рукояткой пистолета по навигаторскому пульту.
Командная клавиша отменила последние координаты, введенные в когитатор. «Молот Демонов» вновь лег на свой прежний курс — путь к Земле Обетованной.
Хаггард выпустил в навигаторский пульт остатки обоймы. Тот взорвался в искрах и вспышках синего пламени. Хаггард упал на палубу, скользкую от крови верующих.
Раэзазель Лукавый взглянул на обзорный экран. «Молот Демонов» разворачивался, звезды скользили мимо, пока картинка не остановилась на сверкающей красной щели посреди космоса. Это был варп-разлом, врата в варп, через которые Раэзазель обещал доставить души к Тзинчу.
Глаза демона округлились от чего-то похожего на ужас.
Раэзазель отшвырнул Хаггарда прочь, но пульт был уничтожен. Царством Раэзазеля был человеческий разум. Машины были всего лишь инструментами, просто кусками металла. Он не мог переписать судовые когитаторы, как переписывал память своих жертв.
В глубинах варп-разлома открылся огромный золотой глаз.
Главные двигатели «Молота Демонов» дали полный ход, увлекая корабль навстречу разлому. Он становился на экране все больше и больше, этот немигающий глаз, взглядом пригвоздивший Раэзазеля к месту.
— РАЭЗАЗЕЛЬ! — произнес голос, донесшийся из варпа. — ТЫ ОБЕЩАЛ МНЕ ДУШИ. ТЫ ОБЕЩАЛ МНЕ ВЕРУЮЩИХ. ТЫ ПОДВЕЛ МЕНЯ.
В эти последние мгновения Раэзазель завопил, а Хаггард рассмеялся.

Аларик из рубки челнока видел, как «Молот Демонов», взревев двигателями, внезапно изменил курс. Корабль устремился к красной щели, которая, как предполагал Аларик, была варп-разломом, местом назначения паствы Раэзазеля.
Не было сомнений, что все находившиеся на корабле обречены: Дорваз и храбрецы из гатранского Бронекавалерийского, которых Аларик подвел еще раз; Эрхар, которому вера сохранила разум, когда подобные Гирфу теряли свои души; и Хаггард, единственный настоящий друг Аларика на Дракаази.
Он пытался скорбеть по ним. Пытался почувствовать свою ответственность за их смерть, но он устал и не способен был чувствовать ничего.
Аларик откинулся в гравикресле катера. Созвездия Ока Ужаса вращались вокруг него, сплетаясь в бесконечный узор, непобедимый и вечный.
Аларику очень хотелось спать. Он вверил свой разум мембране бесчувствия, покрывавшей его мозг, и звезды погасли.
* * *
Аларик оставался в состоянии бесчувствия семь месяцев.
Каталептическая пелена в его мозге отключила все, кроме дыхания и сердцебиения. Каждые несколько недель он просыпался, чтобы опустошить скудные запасы еды и питья, имеющиеся на катере, и не дать атрофироваться мышцам. Он с радостью погружался обратно в бесчувствие, потому что во время глубокого, абсолютного сна ему ничего не снилось.
Спасательная команда, двигавшаяся вслед за Имперским Флотом, обнаружила позывные аварийного радиомаяка с челнока Аларика. Думая, что это отделяемый спасательный отсек крупного корабля и что они смогут получить с Имперского Флота плату за спасенный экипаж, они радостно высадились на катер. Перед ними уже маячили видения, как они удаляются от дел с полными карманами кредиток, которые, несомненно, отвалит им Флот за спасение запертых внутри офицеров. К тому времени как им удалось взломать корпус, они были уже уверены, что там именно офицеры, причем те быстро повышались в чине, так что под конец спасатели ожидали найти там контр-адмирала или комиссара Флота, рыдающих от радости при виде их.
Вместо этого они впервые в жизни увидели настоящего живого космодесантника.
Поскольку они понятия не имели, сколько могут стоить космодесантники, зато прекрасно знали, насколько они могут быть опасными, спасательная команда принялась спорить, не лучше ли избавиться от него и предоставить катеру и дальше болтаться в космосе. Огромные размеры космодесантника предполагали, что он будет есть слишком много и на спасательном корабле запасы продовольствия закончатся раньше, чем он вернется в порт. Другие члены экипажа были за то, чтобы убить его, поскольку это, без сомнения, праведный монах-воитель, готовый вылезти из кожи вон, чтобы истребить грешников, а у всех членов команды биография была отнюдь не безупречной. Аларик положил конец спорам, открыв ударом ноги переходной шлюз и сообщив им, что если они не отвезут его туда, куда он пожелает, он их убьет. Команда ему поверила.
Он пожелал, чтобы его отвезли в крепость Инквизиции на Белсимаре.

Генерал тяжело вскарабкался на гребень. За последние месяцы он лишился нескольких конечностей, но их еще осталось достаточно, чтобы таскать его инсектоидную тушу. Его брюхо было покрыто шрамами, жвала затупились о доспехи и кости врагов, но он был жив, чего нельзя было сказать о большинстве лордов Дракаази. Они горели ярко, бросаясь в атаку впереди своего войска и сражаясь друг с другом в бесконечных войнах, но зато и сгорали тоже первыми.
Старый сцефилид оглядел открывшуюся перед ним картину. Вдалеке виднелся Аэлазадни, чьи хрустальные башни разбились и почернели, словно обломки гнилых зубов. В долинах, там, где равнина понижалась, он видел сражающиеся группы людей, полубезумных, вооруженных лишь зубами да странными каменными копьями.
Из всего этого родятся, вероятно, новые чемпионы, новые герои Темных Богов. Они увидят груды древнего оружия в Вел'Скане и горы трупов в Горгафе и будут следовать примеру своих предков, породивших их. Генерал и народ сцефилидов уже видели, как такое случалось прежде.
Пока же не было ничего: ни порядка, ни структуры, ни власти, за исключением той, которую человек мог вырвать у трупов своих врагов.
На гребень взобрались другие сцефилиды. У многих из них тоже были боевые ранения, и все они стали ветеранами. Прошло много лет с тех пор, как сцефилиды участвовали в войне, и скоро, когда опять начнут возникать хищные военные банды, они уйдут под землю и снова станут ждать.
Среди сцефилидов были новички — чужаки. Зеленокожие и огромные, в большинстве своем просто свирепые животные, едва способные правильно держать топор, но некоторые из них были достаточно хитрыми, чтобы возглавить своих товарищей, а у одного, седеющего зеленокожего с одним ухом, в глазах горел огонек понимания.
Сцефилиды и зеленокожие собрались вокруг генерала, в знак почтения опустив оружие. Генерал махнул передней конечностью в сторону разрушенного города и равнины, на которой шла безнадежная, бесконечная война.
— Теперь вы видите? — спросил он, и в голосе его на миг промелькнули необычные для сцефилида рыкающие нотки. — Хаос.

— Это место, — сказал инквизитор Никсос, — раньше было очень приятным миром.
Никсос привалился своим старым телом к ограждению балкона. Он глядел на густой лес с коричневыми и серыми пятнами мертвых деревьев. В их кронах целые колонии хищных птиц дрались из-за объедков. Все небо было в пятнах, а в реках, берущих начало в дальних горах, текла вода цвета грязи.
— Имея много лет службы за плечами и несколько медалей, можно было получить тут местечко. Господам генералам, адмиралам и им подобным. Славная охота, полно привозных мальчиков и девочек, готовых на все. Наркотики на любой вкус. Вполне стоит того, чтобы пару веков просидеть в окопах. — Никсос с улыбкой отвернулся от грустной картины. — Я думаю, планете это не понравилось.
Аларик не ответил на его улыбку. На Белсимаре не было ничего особенно забавного.
Величественное строение, наполовину заросшее лесом, явно было когда-то крепостью Инквизиции. Все оборудование было снято, когда планета решила ополчиться против своих обитателей, но под нарядным фасадом сооружения по-прежнему скрывались во множестве тюремные камеры и хранилища. Аларику казалось, что теперь, с разбитыми мозаиками, разрушенное и поглощаемое лесом, это вычурное здание выглядит лучше, чем когда-либо. Белсимар, несомненно, стоил того, чтобы за ним приглядывать, из-за соблазнов, предлагаемых культами удовольствий, и опасной природы знаний, носителями которых были собравшиеся здесь люди.
— Знаешь, ты выбрал замечательное место для своего неожиданного появления, — сказал Никсос.
— Это единственное место в Оке, не находящееся в осаде, которое пришло мне на ум, — ответил Аларик. — Удивляюсь, как я вообще вспомнил, что здесь что-то есть. — Аларик слышал, что на Белсимаре есть резиденция Инквизиции, от инквизитора, к которому его направили, прежде чем присвоить звание юстикара. Тот инквизитор, должно быть, сейчас где-то в Оке, пытается остановить поток Хаоса, изливающийся оттуда.
— И я удивляюсь, что ты остался жив.
— Холварн мертв.
— И Тейн тоже. Дворн и Визикаль выбрались.
— Они живы? — впервые за очень долгое время Аларик испытал что-то вроде ликования. Он думал, что остался совсем один.
— Они добрались до топливного завода и улетели с последним контейнером. Дворн назначен братом-капитаном в эскорте терминаторов Стерна. Визикаль с инквизитором Десканелем в районе Агриппы. Боюсь, что не знаю, как у них дела сейчас. Вокруг Ока все так запутанно.
— Не настолько запутанно, чтобы вы не смогли найти меня.
— Ах, юстикар, для чего же тогда друзья? — Никсос присел на каменную скамью рядом с Алариком. В помещении был когда-то танцевальный зал с огромными окнами, выходящими на балкон. Теперь лишь куски обвалившейся лепнины и полная сухих листьев оркестровая яма напоминали о его великолепии. — Я прочел твой предварительный рапорт.
2010-07-19 18:44 Читать похожую статью
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © Помощь студентам
    Образовательные документы для студентов.