.RU

Джек Керуак Ангелы опустошения. Книга 1 - 4


19


"Если б я сейчас очутился во Фриско," размышляю я сидя в своем кресле на закате дневных одиночеств, "Я бы купил здоровенную кварту портвейна Христианские Братья или какой-нибудь другой превосходной особой марки и поднялся бы к себе в чайнатаунский номер и опустошил бы половину содержимого в пустую пинту, засунул бы ее в карман, и отчалил бы, по улочкам Чайнатауна наблюдая за детишками, маленькими китайскими детишками такими счастливыми с ручонками обернутыми ладонями родителей, я бы заглядывал в бакалейные лавки и видел бы ни к чему не причастных дзэнских мясников рубящих шеи цыплятам, я бы глазел истекая слюнками на прекрасных под румяной корочкой жареных уток в витрине, я бы бродил везде, постоял бы и на углу Итальянского Бродвея, чтобы причаститься к жизни, голубые небеса и белые облака над головой, я бы вернулся и пошел в китайскую киношку со своей пинтой и сидел бы там потягивая из нее (с этого времени, с 5 часов вечера) целых три часа подрубаясь по прикольным сценам и неслыханным диалогам и сюжетным ходам и может кто-нибудь из китайцев увидел бы как я прикладываюсь к пинте и подумал бы "Ах, пьяный белый пришел в китайское кино" — в 8 я бы вышел в синие сумерки с мерцающими огоньками Сан-Франциска по всем волшебным холмам вокруг, теперь я бы снова наполнил свою пинту в гостинице и по-настоящему пустился бы в долгий поход по всему городу, нагуливать аппетит перед полуночным пиршеством в кабинке изумительного старого ресторана Сунь Хьон Хунга — Я бы перевалил через холм, через Телеграфный, и вниз до самого железнодорожного тупика где я знаю место в узеньком закоулке где можно сидеть и пить и лыбиться на огромный черный утес обладающий волшебными вибрирующими свойствами благодаря которым он отражает послания роящегося святого света в ночи, я знаю я пробовал — затем, прикладываясь, потягивая, снова закручивая бутылочку, я иду своим одиноким путем вдоль по Эмбаркадеро сквозь районы ресторанов Рыбачьей Пристани где тюлени разбивают мне сердце своими кашляющими любовными криками, я иду, мимо креветочных ларьков, наружу, мимо мачт последних судов в доках, а потом вверх по Ван-Несс и переваливаю вниз в Вырезку — подмигивающие шапито и бары с вишенками в коктейлях, бледные личности старые кирюхи-блондинки ковыляющие в штанах к винным лавкам — потом иду (вина чуть-чуть на донышке а я торчу и радуюсь) вниз по главной артерии Маркет-Стрит и кабацкой мешанине из моряков, киношек, и забегаловок с содовой, через переулок и в Скид-Роу (там приканчивая свое вино, среди скабрезных старых парадных исписанных мелом и обоссанных и со стеклами вышибленными сотней тысяч скорбящих душ в лохмотьях от Гудвилла) (теми же самыми мужиками которые скитаются на товарняках и цепляются за клочки бумаги на которых всегда находишь какую-нибудь молитву или философию) — С вином покончено, я иду напевая и тихонько прихлопывая в ладоши в такт своим шагам до самого Кирни обратно в Чайнатаун, уже почти полночь, и я сижу в чайнатаунском парке на темной скамейке и дышу воздухом, допивая в виду у пищевых вкусных неоновых вывесок моего ресторана мигающих на всю улочку, время от времени в темноте мимо проходят чокнутые пьянчуги шаря по земле в поисках бутылок где еще что-то осталось, или бычков, а на той стороне Кирни видишь как в большой серой тюрьме входят и выходят синие копы — Затем захожу в свой ресторан, делаю заказ по китайскому меню, и сразу же мне приносят копченую рыбу, тушеного цыпленка с кэрри, сказочные пироги с уткой, невероятно вкусные и нежные серебряные блюда (на ножках) с исходящими паром дивами, с которых поднимаешь крышку и принюхиваешься — с чайником, чашкой, ах я все ем — и ем — до полуночи — может быть потом за чаем пишу письмо любимой Ма, рассказывая ей — потом всё, отправляюсь либо спать либо в наш бар, Место, чтоб найти всю шарагу и напиться…

20


Мягким августовским вечером я продираюсь вниз по склону горы и отыскиваю отвесное место чтобы можно было сидеть скрестив ноги поблизости от елей и вывороченных старых древесных пней, лицом к луне, к желтому полумесяцу который тонет в горах на юго-западе — В западной части неба, теплая роза — Около 8:30 — Ветерок над озером в миле внизу ароматен и напоминает обо всех тех мыслях что были у тебя насчет очарованных озер — Я молюсь и прошу Пробуждающего Авалокитешвару возложить свою алмазную руку мне на чело и дать мне бессмертное понимание — Он Слышащий и Отвечающий На Молитву я знаю что эти дела самообман галлюцинация и чокнутые дела вообще но в конце концов только пробуждающие (Будды) говорили что их не существует — примерно через двадцать секунд такое вот понимание приходит мне в разум и в серлце: "Когда рождается ребенок он засыпает и ему снится сон жизни, когда он умирает и его хоронят в могиле он снова просыпается навстречу Вечному Экстазу" — "И когда все сказано и сделано, уже не важно" -
Да-а, Авалокитешвара действительно возложил свою алмазную ладонь…
И тогда вопрос почему, почему, это всего лишь Сила, единая ментальная природа распространяющая свои бесконечные возможности — Какое странное чувство читать что в Вене в феврале 1922 года (за месяц до моего рождения) то-то и то-то происходило на улицах, как могла существовать Вена, нет даже само понятие о Вене до того как я родился?? — Это потому что единая ментальная природа продолжается, не имеет ничего общего с индивидуальными прибывающими и убывающими носителями ее пребывающими в ней и в которых пребывает она — Так что 2500 лет назад был такой Гаутама Будда, который придумал величайшую мысль во всем Человечестве, каплю в ведре те годы в той ментальной Природе которая суть Вселенский Разум — Я вижу в своей удовлетворенности на горном склоне что Сила обретает восторг и радость как в невежестве так и в просветлении, иначе не было бы невежественного существования бок о бок с просветленным невежеством, чего ради Силе ограничивать себя одним или другим — либо в форме боли, либо как неосязаемые эфиры бесформенности и безболезненности, какое это имеет значение? — И я вижу как желтая луна тонет поскольку земля откатывается назад. Я выгибаю шею чтоб увидеть вверх тормашками и горы земли просто те же самые старые висящие пузыръки свисающие в безграничное море пространства — Ах, если б существовало иное зрение помимо глазного каких только атомных иноуровней мы б только не увидели? — однако мы видим здесь луны, горы, озера, деревья и разумных существ и только, своим глазным зрением — Сила наслаждается всем этим — Она напоминает себе что она есть Сила, вот почему, ибо она, Сила, на самом деле лишь исступленье, и ее проявления видят сны, она Золотая Вечность, вечно безмятежная, сей неясный сон существования просто смуть в своем — у меня не хватает слов — Теплая роза на западе становится приглушенным пастельным парком серого, мягкий ветер вздыхает, зверюшки шелестят в вереске и в норках, я меняю отсиженные ноги, луна желтеет и тает и наконец начинает стукаться о самый верхний утес и как всегда видишь силуэт в его волшебном очаровании какой-нибудь коряги или пня похожий на легендарного Койотля, Бога Индейцев, готового завыть на эту Силу -
О что за мир и довольство я испытываю, возвращаясь к себе в хижину зная что мир есть сон младенца и исступление золотой вечности вот все к чему мы возвращаемся, к сущности Силы — и к Первобытному Восторгу, нам всем он знаком — Я лежу на спине в темноте, сцепив руки, радостный, а северное сияние пылает как голливудская премьера и на него тоже я гляжу вверх тормашками и вижу что это просто большие куски льда на земле отражающие потустороннее солнце в каком-то дальнем свете дня, фактически, к тому же, силуэт кривизны земной поверхности также виден изгибаясь на ту сторону и вокруг — Северное сияние, яркое настолько чтобы осветить всю мою комнату, словно ледяные луны.
Какое довольство знать что когда все сказано и сделано уже не имеет значения — Горести? жалобности которые я ошущаю когда думаю о матери? — но все это должно быть возбуждено и запомнено, его не существует там самого по себе, и это потому что ментальная природа по природе своей свободна от сна и свободна от всего — Будто те курящие трубки философы-деисты что говорят "О заметь изумительное творение Господа, луну, звезды и т. д., ты на что-нибуль согласился бы это променять?" не осознавая что они бы этого вовсе не говорили если бы не какая-то первобытная память о том когда, о том что, а том как ничего не было — "Это лишь недавно," понимаю я, глядя на мир, некий недавний цикл творения Силой чтобы ей самой радоваться напоминая своему безэговому эго что она и есть Сила — и все это по своей сущности роящаяся нежная тайна, которую можешь увидеть закрыв глаза и впустив вечное молчание себе в уши — в эту благословенность и блаженство определенно нужно верить, дорогие мои -
Пробуждающие, ежели предпочтут, рождаются младенцами — Это мое первое пробуждение — Нет никаких пробуждающих и никакого пробуждения.
У себя в хижине я лежу, вспоминая фиалки у нас на заднем дворе на Феба-Авеню, когда мне было одиннадцать, по ночам в июне, смутный сон, эфемерный, призрачный, давно ушедший, уходящий все дальше, пока не выйдет весь.

21


Просыпаюсь среди ночи и вспоминаю Мэгги Кэссиди и то как мог бы жениться на ней и был бы старым Финнеганом для ее Ирландской Девицы Плюрабель, как мог бы снять домик, маленький полуразвалившийся коттедж весь в ирландских розах среди камышей и старых деревьев на берегах Конкорда и работал бы суровым в спецовке рукавицах и бейсбольной кепке сцепщиком в холодной ночи Новой Англии, ради нее и ее ирландских бедер из слоновой кости, ее и ее зефирных губ, ее и ее ирландского акцента и "Божьей Зеленой Земли" и двух ее дочерей — Как раскладывал бы ее поперек кровати ночью всю мою и старательную и искал бы ее розу, копи ее бедер, ту изумрудно темную и героическую вещь которой хотел — вспоминаю ее шелковистые бедра в узких джинсах, и как она складывала одну ногу подворачивая бедро под руки и вздыхала когда мы вместе смотрели Телевидение — в гостиной у ее матери в тот мой последний неотвязный приезд 1954 года в октябрьский Лоуэлл — Ах, вьющиеся розы, речной ил, теченье ее, глаза — Женщина для старого Дулуоза? Невероятно у моей печки в полуночи опустошенья чтоб это было правдой — Мэгги Приключение -
Когти черных дерев в залитых лунным светом розовых сумерках могут статься и по случаю удержать мне к тому же премного любви, и я всегда могу оставить их и странствовать дальше — но когда состарюсь у своей финальной печки и птичка рассыплется на своей веточке праха в О Лоуэлле, что подумаю я, ива? — когда ветра заползают мне в рюкзак и голая спина хандрит голоспинным блюзом и я уйду согбенный по своим похвальным делам и обязанностям в покрытую дерном почву, что за любовные песни тогда для старого лодыря дерзилы туманного Джека О —? — никакие новые поэты не принесут свои лавры медом к моему молоку, насмешки — Насмешки любви женщины были б лучше я полагаю — Я бы свалился с лестницы, брабах, и стирал бы себе в реке белье — насплетничал себе бельевых веревок — проветривал бы себя по понедельникам — нафантазировал бы себе домохозяйкиных Африк — наплодил бы себе как Лир дочерей — выклянчил бы себе мраморное серлце — но все это могло бы быть лучше чем может быть, одинокие нецелованные губы Дулуоза мрачно кривятся в склепе

22


По воскресеньям рано утром я всегда вспоминаю дом в доме у Ма на Лонг-Айленде, в последние годы, когда она читает воскресные газеты а я встаю, залезаю под душ, выпиваю чашку вина, смотрю таблицу очков а после этого съедаю очаровательный маленький завтрак который она мне накрывает, мне просто надо лишь попросить ее, ее особый способ подрумянивать бекон и то как она жарит глазунью солнечной стороной — Телевизор не включен еще поскольку в воскресенье по утрам нет ничего достойного внимания — Я печалюсь когда думаю о том как седеют у нее волосы а ей 62 и будет 70 когда мне стукнет совиные 40 — скоро она уже будет моей "старенькой мамой" — в койке я пытаюсь думать как стану о ней заботиться -
Затем пока день удлиняется а воскресенье тащится дальше и горы напяливают благочестивую скучноватую наружность Саббатини я постоянно начинаю думать вместо этого о ранних днях в Лоуэлле когда краснокирпичные фабрики были так полны привидений у реки около 4 пополудни, ребятишки возвращавшиеся домой из воскресного кино, но О печальный краснокирпич и везде в Америке его увидишь, в краснеющем солнце, и облака за ним, и люди в своих выходных костюмах повсюду здесь — Мы все стоим на грустной земле отбрасывая длинные тени, дыхание обрезано плотью.
Даже в топотке мышки на чердаке моей хижины по воскресеньям есть какая-то воскресная святость, как будто церковнохождение, церковность, проповедование — Мы попробуем.
По большей части по воскресеньям мне скучно. И всем моим воспоминаниям скучно. Солнце слишком златоярко. Я содрогаюсь от мысли о том, чем люди занимаются в Северной Каролине. В Мехико они бродят жуя обширные планки вареной свиной шкуры, среди сквериков, даже их воскресенья это Чума — Должно быть Саббат изобрели для смягчения радости.
Для нормальных крестьян воскресенье это улыбка, для нас же черных поэтов, фу — Полагаю что воскресенье есть зеркальце Господа Бога.
Сравните погосты в пятницу ночью, с кафедрами проповедников воскресного утра -
В Баварии, мужики с голыми коленками расхаживают повсюду заложив руки за спину — Мухи дремлют за кружевной занавеской, в Калэ, а за окном видны парусные шлюпки — В воскресенье Селин зевает а Жене умирает — В Москве нет помпы — Только в Бенаресе по воскресеньям орут разносчики да заклинатели змей открывают свои корзинки лютней — На Пике Опустошения в Высоких Каскадах, по воскресеньщм, фу -
Я думаю в частности о той стене из красного кирпича Шеффилдской молочной компании у главной ветки Лонг-Айлендской Железной Дороги в Ричмонд-Хилле, грязные следы машин рабочих оставленные на стоянке за всю неделю, один-два позабытых автомобиля Воскресной Смены стоящие там теперь, в лужах с бурой водой проплывают облака, палки и банки и тряпки отбросов, местный автобус проезжающий мимо с бледными пустыми лицами Воскресных Ездоков — предвещая призрачный день когда промышленная Америка будет покинута и оставлена ржаветь одним долгим Воскресным Днем забвенья.

23


Со своим уродливым множеством ножек-присосок зеленая горная гусеница пребывает в этом вересковом мире, головка как бледная капелька росы, жирное тельце вытягивается прямо вверх чтобы ползти, свисая вверх тормашками словно южноамериканский муравьед чтобы юлить и шарить и раскачиваться из стороны в сторону в поиске, затем вскинувшись как мальчишка забравшийся на нижнюю ветку она распрямляется укрытая веточками вереска и щиплет и чудовищно набрасывается на невинную зелень — часть зелени, она и есть, коей был дарован сок движения — она изгибается и вглядывается и вторгается своей башкою во все — она в джунглях пестрых тенистых старых прошлогодне серых иголок вереска — иногда неподвижная будто боа-констриктор на картинке она зыркает в небеса беспесенным взором, спит змееголово, затем сворачивается внутрь как лопнувшая трубка когда я на нее дую, скорая на увертку, быстрая на отступление, покорная на повиновение ровному повелению лежать тихо которое имеют в виду небеса что бы ни сподобилось с них — Она теперь очень печальна поскольку я дую еще раз, никнет головой на плечо в кручине, я отпущу ее на свободу скитаться без присмотра, прикинувшись мертвым, насколько ей ведомо — вот она ползет исчезая, слегка подрагивая в джунглях, на уровне глаза с этим миром я воспринимаю что и над ней преобладают немногие плоды а затем бесконечность, она тоже перевернута вверх тормашками и льнет к своей сфере — мы все безумны.
Я сижу там задаваясь вопросом не будут ли мои собственные путешествия по Побережью до Фриско и в Мексику такими же прискорбными и безумными — но клянусь ей-иисусом дж Христом это будет лучше чем болтаться вокруг вот этой скалы - 2010-07-19 18:44 Читать похожую статью
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © Помощь студентам
    Образовательные документы для студентов.