.RU

Экзотическая зоология - 11


Необходимо упомянуть и о балете «Послеполуденный отдых Фавна» на музыку Стравинского. Костюм, в котором Вацлав Нижинский танцевал в нем в 1912 году в Париже, отражает классическую сущность безобидного шаловливого сатира.
В заключение приведем мнение режиссера Эндрю Берната, который считает, что современное общество вывело свой особый вид сатира — «голливудский». Нового сатира, который изысканно одевается, спит весь день, а по ночам волочится за женщинами, излишне много пьет и курит, можно назвать олицетворением самоубийственных тенденций безумного XX века, не ведающего любви и благородства.
СИРЕНЫ
Сирены — мифические существа женского пола, женщины-птицы или русалки, которые своим пением и чарующей музыкой завлекают моряков и губят их.
Сирены пришли к нам из древнегреческой мифологии, главным образом из легенд о Ясоне и Одиссее (Улиссе, по-латыни). Ясон и аргонавты в «Аргонавтике», написанной Аполлонием Родосским (III век до н. э.), встречают сирен, дочерей реки Акелоя и музы Терпсихоры, по облику наполовину птиц, наполовину русалок. Их пение привлекло аргонавтов, и они погибли бы, если бы Орфей сам не зачаровал сирен своей игрой на лире. Гомеровский Одиссей привязал своих спутников к мачте и заткнул им уши, чтобы они не могли слышать пение сирен. Гомер не приписывает им каких-либо сверхчеловеческих свойств; судя по его поэме, сирен было две.
Хотя Аполлоний творил позднее Гомера, миф о Ясоне древнее истории об Одиссее. Сирен традиционно изображают чаще как птиц с женскими головами, чем женщин-колдуний, как пытались это сделать некоторые авторы, ссылаясь на Гомера, который опустил их описание в «Одиссее». Классические писатели, касавшиеся этой темы, всегда изображали сирен в виде птиц.
В «Библиотеке» Аполлодора (I — II века н. э.) сирены представлены в виде птиц от пояса и ниже, их имена — Писиноэ, Аглаопе и Телксиэпиа, они дочери Акелоя и музы Мельпомены, одна играет на арфе, другая — на флейте, третья поет.
Английский историк Джеймс Джордж Фрейзер (1854—1941) обобщил упоминания о сиренах в произведениях классических писателей. По его данным, птицеподобные сирены встречаются у Элиана («De natura animalium»), Овидия («Метаморфозы»), Хигинуса («Фабулы»), Евстафия («По поводу «Одиссеи» Гомера») и Павсания («Описание Эллады»). В различных версиях сирен либо две, либо три, либо четыре. Их отец Акелой или Форкес, бог моря, мать — Мельпомена, Терпсихора или Стеропа. Имена сирен: Телес, Райдне, Молпе и Телксиопе, Левкозиа и Лигия или Телксионе, Молпе и Аглаофонус или Аглаофеме и Телксиепиа. Аполлодор и Хигинус. считают, что сирены погибли после встречи с Одиссеем, и таким образом, исполнилось древнее предсказание оракула, что они умрут, когда судно пройдет мимо них невредимым. Другие авторы утверждают, что от досады они утопили сами себя.
Еще один вариант мифа известен из краткого упоминания о сиренах в «Описании Эллады» Павсания (II век н. э.): в Коронеях была статуя Геры с сиренами в руке, «так как история гласит, что Гера убедила дочерей Акелоя соревноваться с музами в пении. Музы победили, вырвали перья из сирен... и сделали себе короны из них». Английский поэт XVI века Э. Спенсер истолковывал смысл этого мифа в том ключе, что русалки символизируют искушение: «девушек-колдуний» в наказание за их «высокомерие» в состязании с музами наделили рыбьими хвостами.
Картины и скульптуры доклассической и классической эпохи также изображают сирен с туловищами птиц, и их довольно трудно отличить от гарпий. Сирены часто изображались на древних классических надгробьях и могли символизировать души умерших или духов, которые сопровождают душу к богу подземного царства Гадесу (Аиду). Деннис Пейдж в книге «Предание о гомеровской «Одиссее» высказывает предположение, что Гомер мог придумать описание своих человекоподобных сирен, обобщив легенды о сопровождении душ во владения Аида с легендами о демонических существах женского пола, которые, используя свою красоту, соблазняют, а затем убивают мужчин.
Американский исследователь Джон Поллард указывает на то, что дошедшие до нас произведения искусства свидетельствуют, что с сиренами связан целый ряд ассоциаций и символов, сохранившихся в литературе, не считая изображений сирен на надгробиях и тех, которые повстречались Одиссею и его спутникам. Сирены изображаются рядом с Тесеем, Артемидой, Герой, Афиной, Дионисом; хотя большинство сирен женского пола, некоторые, особенно ранних эпох, имеют бороды. Они не только предвещают смерть или приводят к гибели, но также доставляют неземное наслаждение своим пением и символизируют животную силу.
Практически единственным писателем классической античности, который описал сирен с привлекательной стороны, был Платон. В мифе об Эр, которым заканчивается диалог Сократа «О государстве», автор представляет небесную музыку как пение восьми сирен, по одной на орбите каждой из планет и еще одной на орбите неподвижных звезд.
Неизвестно точно, когда и в связи с чем сирены стали ассоциироваться с русалками, утратив свои крылья и покинув гнезда на скалистых островах, чтобы погрузиться в морские волны. Возможно, это произошло в средние века в связи с распространением бестиариев. В романских и некоторых других языках словом «сирена» и его родственными формами стали называть русалок, хотя употребление этого слова свидетельствует и о влиянии классического образа сирены.
В итальянской легенде «Жена сирены» сирены, которые спасают тонущую жену и заботятся о ней, любят петь морякам (эта особенность присуща и некоторым русалкам, а не только классическим сиренам); современный итальянский писатель Итало Кальвино, пересказывая эту историю, усилил эффект, сочинив слова их песни, которая как бы призывала моряков выпрыгивать за борт в море; сирена с рыбьим хвостом в «Лигее» Джузеппе Томази ди Лампедузы (в английском переводе «Профессор и русалка») имеет классическое имя; у «маленькой сирены» Элеоноры из книги Жана де Брунхоффа «Каникулы Зефира» также рыбий хвост, она добродушна и отнюдь не соблазнительница и у нее нет склонности к музицированию.
В «Книге воображаемых существ» аргентинские писатели Хорхе Луис Борхес и Маргарита Гуереро в главе о сиренах отмечают, что разница между русалкой и сиреной состоит в наличии или отсутствии хвоста, но это различие на практике не всегда наблюдается. Русалка в одноименной поэме Альфреда Теннисона (XIX век) имеет «серебряные ступни»; сирена, изображенная на титульной иллюстрации к роману Уильяма Теккерея «Пенденнис», которая побуждает Пена уйти от его возлюбленной Лауры, имеет хвост.
Изображаемые с ногами или с хвостом, сирены были не столь популярны в литературе, как русалки. Под влиянием легенд об Одиссее и Ясоне сирены поначалу символизировали страх мужчины перед женской сексуальностью, что не идет ни в какое сравнение с разнообразием сюжетов и ассоциаций, которые мы находим в произведениях о русалках. Тем не менее сирены тоже оставили свой след в литературе и искусстве.
В трех самых знаменитых произведениях литературы сирены являются среди множества других необычных существ.
Данте в «Чистилище» видит во сне сирену, уродливую женщину, поющую о своей страсти к Улиссу, и по мере того как льется ее песня, она преображается в красавицу.
Гете один из немногих писателей, изобразивших сирену с туловищем птицы, он поместил ее в толпу монстров и младших божеств из греческой мифологии в классической сцене вальпургиевой ночи во второй части «Фауста». Эта сцена является параллелью «романтической» вальпургиевой ночи фаустовского времени в первой части трагедии. Сирены из вальпургиевой ночи в весьма несвойственной для них манере символизируют здоровую чувственность. Хотя Сфинкс обвиняет их в том, что они принуждали мужчин к занятию любовью с тем, чтобы потом растерзать их когтями, в конце сцены сирены приводят всех действующих лиц с победной песнью к Эросу, создателю и правителю всего сущего.
В «Улиссе» ирландского писателя Джеймса Джойса (1882—1941), одиссее героя романа Леопольда Блума в современном Дублине, сирены — две барменши, подающие золотое пиво, в баре как бы слышится пение сирен.
Сирены также выступают действующими лицами в литературных переложениях легенды о Ясоне, например, в поэме Уильяма Морриса «Жизнь и смерть Ясона» (XIX век) или современном романе Роберта Грейвса «Геркулес. Мой спутник в плаванье». В версии Грейвса сирены — люди, жрицы матери-богини. Однако в поэме «Улисс» Грейвс изображает сирен как символ страха Улисса перед женщинами и одновременно страстного желания.
Многие писатели использовали понятие «сирена» не в буквальном смысле, не имея в виду сверхъестественных существ, а метафорически, описывая какую-либо соблазнительную особу. Эта метафора очень популярна. Один из самых ярких примеров — Лигея в одноименном рассказе Эдгара По, которая носит имя сирены и красота которой приводит в гибели рассказчика. С сиреной же сравнивается голодный человек, который неумеренно нахваливает обед и отрывает своих коллег от работы в рассказе Чехова «Сирена».
В некоторых произведениях сирены появляются среди множества других фантастических существ. Вот два современных примера. «Источник магии» Пиэрса Энтони и «Колдовская песня» Элизабет Скарборо — это две легкие комедии, где среди других действующих лиц фигурируют сирены.
Сирены редко используются в качестве кинематографических и сценических персонажей. «Справочник фантастических фильмов», составленный Уолтом Ли, насчитывает всего 10 фильмов, в названиях которых упоминаются сирены, причем половина фильмов — на языках, в которых не существует различия между сиренами и русалками. Любопытное метафорическое значение сирен мы встречаем в «Песне сирены» (1911 год) с участием Теды Бара в роли певицы, которую проклял отец и вследствие этого потерявшей голос. Как правило, сирены появляются в большинстве киноверсий легенд о Ясоне и Одиссее.
В музыкальных произведениях сирены фигурируют реже русалок. Наиболее известное из них ноктюрн Дебюсси «Сирены». Укажем и некоторые другие музыкальные сочинения, посвященные сиренам: опера «Сирена» Даниэля Обера, симфония «Сирены» Рейнгольда Глиэра, симфоническая поэма «Песня сирены» Димса Тейлора.
В живописи и графике художники иногда изображают женщин в виде сирен с человеческими ногами. На полотне «Сирены» Джона Уильямса Уотерхауса у женщины чешуйчатые от икр ноги, она смотрит на тонущего мужчину. На его же картине «Русалка» у женщины рыбий хвост и она изображена в одиночестве. Дэ-ниэл Маклайз, иллюстрировавший книгу английского поэта-романтика Томаса Мура «Происхождение арфы», нарисовал сирену с ногами, она оплакивает потерянную любовь; ту же сирену мы видим на его гравюре, однако у нее уже имеется хвост.
Художники, чей родной язык не знает различия в обозначении русалок и сирен, тех и других чаще изображают с хвостами. Это можно видеть, например, на картине Поля Делво «Сирены при полной луне». Крайне редко в изобразительном искусстве встречаются сирены с классическим птичьим подобием; один из немногих таких примеров — картина Арманда Пойнта «Сирена».
Сирены в наше время по-прежнему не слишком популярны. Русалкам приписывается большая часть фантастических функций, а их предшественницам сиренам оставлена роль метафорическая. Вдобавок к символическому значению красоты и прекрасного голоса они иногда дают свое имя гораздо менее музыкальным сиренам, которые предупреждают о нападении, или животным отряда сирен — ламантинам, дюгоням, морским коровам (вымерший вид), которых издалека иногда принимали за русалок.
Римский писатель Светоний в сочинении «О жизни двенадцати Цезарей» считает императора Тиберия глупым из-за его страстного интереса к мифологии. Тиберий, например, ставил своих собеседников в тупик вопросами о том, что поют сирены. Хронист Томас Браун в произведении «Гидриотафия, или Похоронная урна» замечает: «Какую песню поют сирены или под каким именем является Ахиллес среди женщин — эти загадки никто не в состоянии разгадать».
СФИНКС
Слово «сфинкс» происходит от греческого «сфиггеин» — «связывать», «сжимать». Поэтому греческий Сфинкс — существо с львиным телом и головой женщины — считался удушителем. Впрочем, хотя имя Сфинкса происходит из греческого, его корни следует искать в Египте. Большой Сфинкс из Гизы, бескрылое чудовище с львиным телом и мужской головой, — древнейшее из дошедших до нас изображений. Из Египта миф о Сфинксе распространился в Ассирии, Греции, а затем и во всей Западной Европе.
В ассирийской и древнегреческой цивилизации Сфинкс был широко представлен в архитектуре и изобразительном искусстве. Его изображения можно увидеть на античных колоннах, вазах, золотых украшениях, на щитах и оружии воинов. Сфинкс украшает шлем Афины в Парфеноне. За свою почти пятитысячелетнюю историю Сфинкс почти утратил божественную сущность. Он ассоциировался и с бараном, и с быком, и с соколом, и с орлом, и с гарпиями, и с сиренами.
Уже в древние времена не существовало единого представления о Сфинксе. Как уже сказано, в Египте он представлял собою бескрылое мужское существо и часто изображался сидящим. Египетских сфинксов можно разделить на три типа: андросфинкс — лев с человеческой головой или лицом, криосфинкс — лев с головой барана и иеракосфинкс — лев с головой ястреба. В древней Месопотамии Сфинкс мог быть и мужским и женским, и крылатым и бескрылым существом. Женские сфинксы часто встречаются в искусстве Финикии и Сирии. В Древней Греции Сфинкс обычно изображался с женским лицом и грудью, крыльями орла и телом льва. Изображения лежащего Сфинкса у греков встречались достаточно редко.
Несмотря на все вариации, образ Сфинкса оставался довольно стабильным. Причиной такой стабильности, видимо, служит то, что образом являлся Большой Сфинкс из Гизы — самый впечатляющий своими размерами и выразительностью монумент вымышленного существа, сохраняющий свое значение в изобразительном искусстве и в наши дни.
Параллельно с художественным развивался и литературный образ Сфинкса. Первое упоминание о нем встречается в шумерском мифе «Энума элиш» 2-го тысячелетия до н. э. В этом мифе Тиамат, мать природы, богиня безбрежных морских вод, и Алсу, отец жизни, бог пресных вод, производят на свет младших богов, чьи обязанности состоят в поддержании первичного порядка и спокойствия божественной пары. Алсу замышляет истребить младших богов, но они, прознав о его намерении, убивают его до того, как он приводит свой план в исполнение. Разгневанная смертью супруга Тиамат объявляет войну своим детям и порождает чудовищ-мстителей — гадюку, дракона, Сфинкса, льва, бешеную собаку и человека-скорпиона.
Шумерская история происхождения Сфинкса резко диссонирует с египетской. Если в Египте Сфинкс почитался божественным символом власти фараонов, то в «Энума элиш» он выступает как воплощение зла, плод гнева и жажды мщения. Возможно, такая трактовка объясняется тем, что литературные образы вымышленных существ нередко отличаются от их художественного воплощения. Это обусловлено тем, что в древних литературных памятниках редко описывается внешний вид существ — либо подразумевается, что людям отлично известно, как они выглядят, либо решение этой задачи отдается на откуп их фантазии. Нельзя не учитывать и тот факт, что «Энума элиш» и Большой Сфинкс — почти современники.
То, что в литературе не приводится детального описания Сфинкса, послужило причиной многих недоразумений, связанных с его образом. Вплоть до XX века, пока писатели и художники не обратились непосредственно к египетскому первоисточнику, Сфинкс в европейской традиции представлялся женским существом — вечным, загадочным и наделенным таящей опасность привлекательностью. К примеру, на картине Франца фон Штука изображен не только Сфинкс с женскими чертами, но и лежащая на его спине обнаженная женщина, повторяющая его позу. Многие художники рисовали «улыбающегося Сфинкса». Образ Сфинкса подвергся изменениям еще в Древней Греции, где он из царственного мужского существа превратился в эротическое женское существо, удушителя мужчин.
В Древнем Египте иероглиф Сфинкса — «неб» означал «хозяин», «правитель». Сфинкс служил также символом постижения истины. Не случайно фараоны восседали на троне, опирающемся на лапы льва. Некоторые исследователи высказывают мнение, что в Египте Сфинкс считался еще охранителем религии и божественных мистерий и даже символом воскрешения после смерти. В качестве хранителя тайн Сфинкс вновь появляется в эпоху Возрождения.
Тем не менее возникшая в «Энума элиш» традиция Сфинкса-зла оказала большое влияние на формирование его европейского образа. Гесиод называет Сфинкса дочерью Орта и Ехидны. Аполлодор — дочерью Цифея и Ехидны, он же утверждает, что музы научили Сфинкса его загадкам. В Греции Сфинкса издавна ассоциировали с болезнями и смертью; дыхание дочери Цифея обращалось в жаркий южный ветер сирокко, губительный для всего живого.
Средневековые авторы черпали знания о Сфинксе из «Библиотеки» Аполлодора и «Эдипа» Сенеки. Поэтому неудивительно, что для Андреа Агатти (1491— 1550) Сфинкс — воплощение невежества, для Эдмунда Спенсера (1552—1599) — символ инквизиции, а для Бенджамина Джонсона (XVII век) — «вечный враг любви и красоты, заманивающий их в свои ловушки». Лишь Фрэнсис Бэкон считает Сфинкса символом науки и знания.
Греки, ассоциировавшие Сфинкса с душевными болезнями и смертью, создали несколько легенд, подтверждающих эту его репутацию. Вот отрывок из истории царя Эдипа: «Город Фивы страдал от чудовища, нападавшего на путников. Имя ему было Сфинкс. У него было туловище льва, голова и грудь женщины. Сфинкс лежал на придорожном камне и останавливал каждого, кто проходил мимо, предлагая ему отгадать загадку. Пройти мимо него могли только те, кто отгадывал, остальным суждено было умереть. Никто так и не сумел дать правильный ответ, и все погибли. Эдип не испугался рассказа и направился к Сфинксу, который спросил его: «Кто утром ходит на четырех лапах, днем — на двух, а вечером — на трех?» Эдип ответил: «Человек, который в детстве ползает на четвереньках, в зрелом возрасте — на двух ногах, а в старости — с посохом». Сфинкс был побежден и убрался восвояси».
В трагедии Софокла «Царь Эдип» со времени победы над Сфинксом до того момента, как Эдип становится царем Фив, проходит 20 лет. Такой же период разделяет его от невольного убийства своего отца до женитьбы на собственной матери — двух событий в жизни Эдипа, предсказанных дельфийским оракулом. Эдип пытается узнать имя убийцы царя Лая, его отца, и спрашивает у Креона, почему жители Фив так и не провели расследование, на что тот отвечает: «Сфинкс разучил нас думать о прошлом и заставил обратиться к насущным нуждам». Другими словами, Сфинкс — символ забвения, враг истины и памяти. По крайней мере, со времен Софокла Сфинкс и душевные болезни стали в представлении европейца нераздельными. В средневековой литературе, философии, теологии и психологии Сфинкс символизирует «чудовищные силы разрушения мысли, речи и рассудка».
Книга Фрэнсиса Бэкона «Сфинкс, или Знание» посвящена описанию борьбы Знания и Невежества. Для него знание — неисследованная страна, загадка, требующая разрешения. Знание может стать мучительным и опасным для человека, не готового принять его. Сфинкс у Бэкона — олицетворение «разрушительной одержимости», охватывающей человека, стремящегося к знаниям, символ «жизненной необходимости подхода к ним с холодным рассудком». Вот отрывок из книги Бэкона: «Знание в руках невежественного и неумелого человека, без преувеличения, становится чудовищем. Знание многогранно и может быть применено по-разному. У него лицо и голос женщины — олицетворение его красоты. У знания есть крылья, потому что научные открытия распространяются очень быстро, невзирая на границы. Острые и цепкие когти нужны ему для того, чтобы аксиомы и аргументы проникли в человеческое сознание и накрепко удерживались в нем, так, чтобы от них нельзя было избавиться. И если они неправильно поняты или использованы, они приносят беспокойство и мучения тем или иным путем и в конце концов просто разрывают сознание на куски». Взгляд Бэкона на Сфинкса — очень близок греческому. Отношение Бекона к знанию сродни отношению Эдипа к Сфинксу.
Современник Бэкона Михаэль Майер развивает его аллегорию. Майер советует любому здравомыслящему человеку не забывать о том, что истина постигается путем преодоления многих ошибок и ошибки эти всегда мучительны: «Это то, что философы древности пытались сказать нам, говоря о Сфинксе». Для Майера Сфинкс — символ «труднодоступности и запутанности искусства философствования» не только для фивян, но и для египтян задолго до них. Сфинкс загадывает загадки, стоя перед «вратами философии», и «не вредит тем, кто проходит мимо; того же, кто, считая себя мудрым и достойным, пытается отгадать загадку, в случае неудачи ждет разрушение: его сердце будет разорвано сомнениями и он потеряет рассудок — таков смысл философии, и тот, кто понимает его, поймет и меня».
С восприятием Сфинкса Бэконом и Майером хорошо согласуется фраза Георга Фридриха Гегеля, произнесенная два столетия спустя: «Человеческая голова на зверином теле олицетворяет Разум, возвышающийся над Природой, который, однако, не в состоянии полностью оторваться от своей связи с ней».
В поэме Ральфа Эмерсона «Сфинкс» (1841) автор излагает свое видение философского смысла встречи человека с этим загадочным существом. Эмерсон повторяет сюжет трагедии о царе Эдипе: Сфинкс останавливает странника и загадывает ему загадку и, если тот дает правильный ответ, исчезает. Впрочем, поэма Эмерсона — больше чем повторение истории Эдипа. Его постаревший, почти глухой Сфинкс с дряхлыми крыльями так и не встретил человека, способного понять истинный смысл связи человека с природой. Загадка — в самом Человеке, и с ним устами Сфинкса говорит сама Природа. Путешественник-поэт легко дает верный ответ, потому что видит мир не только глазами, но и душой. Сфинкс символизирует разум поэта, стремящийся слиться с его душой, разум, страдающий, будучи оторванным от души. Его жилище — мятущееся сознания поэта.
Удивительно то, как охотно новеллисты XIX и XX веков подхватили идею о том, что Сфинкс обретает реальность лишь в человеческом разуме. В одноименном рассказе Эдгара По Сфинкс существует только в воспаленном воображении человека, одержимого ужасом перед смертью от холеры. В главе романа «Моби Дик» Германа Мелвилла, названной «Сфинкс», не фигурирует сам Сфинкс — его образ возникает в сознании капитана Ахаба, когда тот видит поднимающуюся из океана голову кита. В «Сфинксе» Оскара Уайльда поэту чудится «любопытная кошка с «пестрыми» глазами и золотыми ресницами», лежащая в углу комнаты на китайском коврике, иными словами, домашний Сфинкс — олицетворение охвативших сознание поэта разрушительных чувственных грез. А в «Машине времени» Герберта Уэллса слепой и больной Белый Сфинкс служит символом племени каннибалов, в которых превратился род человеческий.
Фрэнсис Бэкон посеял ветер. Пожинать же бурю приходится современным поколениям. Символы, заключенные в образе Сфинкса, не были оставлены без внимания Зигмундом Фрейдом (1856—1939). В «Толковании сновидений» Фрейд утверждает, что «судьба царя Эдипа волнует нас только потому, что на его месте мог бы оказаться любой из нас». Он высказывает мысль о том, что «легенда о царе Эдипе возникла из первобытных сновидений, содержавших подсознательное желание ребенка вступить в половые отношения с родителями, появляющееся с началом полового созревания». Другими словами, история Эдипа, по Фрейду, отражение сна о половом контакте с матерью. Однако в таком объяснении эдипова комплекса нет упоминаний о Сфинксе. Зато ученики Фрейда извлекли Сфинкса из человеческого подсознания на свет божий.
Для Марка Канцера Сфинкс — воплощение «загадок полового акта и таинства рождения», которые разрешил Эдип. Жорж Девере считает, что победа Эдипа над Сфинксом «представляет собой одновременно гетеросексуальную и гомосексуальную победу и акт триумфа». Подобные мысли кочуют из статьи в статью вплоть до наших дней.
В статье «Фрейд и человеческая душа» (1983) Бруно Беттельхейм предлагает читателю собственное прочтение мифа об Эдипе: «Поскольку известно, что Сфинкс знал огромное количество загадок, следует полагать, что загадка, данная Эдипу, предназначалась именно ему». Он далее пишет: «Очевидно, что Эдипа, над которым довлели последствия травмы, более чем других волновали проблемы хождения и символы способов передвижения, к которым прибегают люди разных возрастов; будучи уже взрослым юношей, все еще ползающим на четвереньках, он гораздо больнее, чем какой-нибудь малыш, осознает свою неспособность встать на ноги. История встречи со Сфинксом подчеркивает, что ответ на загадку жизни — не просто человек, а каждый из нас».
В психоаналитике Сфинкс предстает довольно полезным чудовищем, заинтересованным во благе тех, кто с ним соприкасается. Зная о страстном желании Эдипа ходить и о том, что невозможность этого связана с нанесенной ему в детстве травмой, Сфинкс, как любой чего-то стоящий психоаналитик, не просто задает Эдипу наводящие вопросы, но и подталкивает его к правильным ответам.
В продолжение фрейдистского тезиса об эдиповом комплексе кратко рассмотрим трактовку других Сфинксов, «извлеченных из глубин человеческого подсознания», — с полотен Жана Энгра и Постава Моро. На картине Энгра «Эдип и Сфинкс» внимание уделено в основном царю: обнаженный Эдип стоит оперевшись о придорожный камень и, наклонившись вперед, смотрит прямо на Сфинкса, сидящего на камнях у входа в пещеру. Свет падает на его лицо и длинные черные волосы. Сфинкс же почти целиком укрыт в тени скалы, только его женская грудь, находящаяся на уровне глаз Эдипа, освещена ярким светом. На фоне черного входа в пещеру четко видна нога спрятавшегося в ней человека; другой человек, объятый тревогой, стоит позади Эдипа, он испуганно глядит на Сфинкса и порывается к бегству. На горизонте изображен силуэт Фив — храм и покатая крыша здания с колоннами.
Картина Моро «Эдип и Сфинкс» была написана под впечатлением от полотна Энгра. Однако между ними немало различий. В центре работы Моро — Сфинкс. Он бросается на Эдипа, как огромная кошка на дерево, — его спина изогнута, мышцы лап напряжены, орлиные крылья расправлены и каждое перо на них тщательно выписано. У Сфинкса голова красивой девушки с вьющимися волосами, на голове — корона, украшенная жемчугом. У него гладкая белая кожа, все его черты привлекательны. Полная грудь Сфинкса касается груди Эдипа, а его большие добрые газа пристально глядят в глаза царя. Здесь Сфинкс одновременно и «роковая женщина» Альфреда де Мюссе, «очаровательная, но несущая гибель», и «Безжалостная красавица» Китса, и «Лорелея» Гейне, и «Кармен» Мериме. В полотнах Энгра и Моро мы видим скорее не фрейдистское инстинктивное отражение подсознательных желаний, а юнговский взгляд на Сфинкса, как на страшную всепожирающую богиню-мать Тиамат.
В поэме «Двойное видение Майкла Робартеса» ирландского поэта Уильяма Йитса (1865—1939) рассказчик видит «глазами разума» Будду, Сфинкса и маленькую девочку, которая танцует между ними. Для Йитса, Будда — символ «проникновенного разума, любви и ее искушений», а Сфинкс — олицетворение «знания и жажды его обретения». Девочка, в которой герой поэмы узнает троянскую Елену, — образ красоты. Сфинкс, Будда и девочка символизируют у Йитса «знание прошлого и будущего, красоты и любви во всех их печалях и разрушительных способностях». Хотя здесь описан греческий Сфинкс — женское существо, он напрочь лишен качеств хищника (в отличие от Сфинкса из мифа о царе Эдипе). Он смотрит на окружающий мир глазами интеллекта.
В разные периоды истории со Сфинксом связывали разные символы. Это существо представало и в качестве защитника, и в качестве разрушителя. Но прежде всего Сфинкс — символ загадочного и невыразимого. Таким он был всегда, таким остается по сей день. Именно поэтому его образ так волнует нас.
ФЕНИКС
Феникс — священная птица, напоминающая по описанию орла или цаплю с золотыми и красными перьями, которая способна возрождаться, иногда даже из своего пепла. Согласно мифам, на Земле живет только один феникс. По разным источникам, его жизнь длится 500, 1000, 1461 или даже 12 994 года. Мифы о фениксе возникли в Древнем Египте, откуда распространились в Греции, Риме, затем в христианской Европе, стали известны во всем мире. Эта птица считается символом солнца, а также и загробной жизни.
В разных странах феникс был известен под разными именами. В Аравии его называли «анка», в Персии — «симург», в Индии — «гаруда». Некоторое сходство с фениксом имеет и скандинавский мифологический ворон Йель. Со всеми этими персонажами древних легенд схожи мифы о вечной птице солнца, прообразом которой называют цаплю, орла, альбатроса, кондора и других реальных птиц.
В китайских мифах часто описывается рожденная солнцем чудесной красоты птица с перьями пяти цветов, поющая прекрасную песню из пяти нот. Это птица Фен-хуан — один из священных китайских символов наряду с драконом, черепахой и единорогом. Появление Фен-хуан приносит счастье, а за ее отлетом следуют природные бедствия. Японская птица Хо-о, символ императорской власти, олицетворяет солнце спустившееся на землю, чтобы делать людям добро.
Образ известной по народным сказкам, балету Стравинского русской мифологической Жар-птицы, которую Иван-царевич спасает от Кощея Бессмертного, появился, по-видимому, под влиянием как западных, так и восточных мифов. В сборнике русских сказок Афанасьева есть два повествования об огненной птице — «Василиса Прекрасная и Жар-птица» и «Иван Царевич, Жар-птица и Серый Волк». У сказочной Жар-птицы огненно-красные и золотые перья, крылья — как языки пламени, а глаза сверкают, как алмазы. Ближайший к ней образ — персидский сокол «каршипта», который, как и Жар-птица, умеет говорить.
Со времен Геродота (V век до н. э.) феникс остается одним из самых популярных мифологических персонажей. По известности с ним не может соперничать ни одна птица. Ни одна птица не захватывала человеческое воображение так, как священный феникс из Гелиополиса, мистическая птица древнеегипетского «города солнца». Феникс служил символом солнца, заходящего вечером и снова появляющегося утром, и вечной жизни души, покидающей тело после смерти.
Возможно, феникс возник в сознании людей как воплощение вечной мечты человечества о бессмертии. Прообразом феникса могли послужить и некоторые виды реальных птиц, избавляющихся от паразитов, позволяя муравьям заползать на свои перья, или использующие для этой цели дым. Примеры такого поведения описаны у ворон и других птиц. Другой причиной возникновения мифа могла быть линька, при которой некоторые птицы полностью теряют перья, а затем «рождаются заново» в новом оперении. Конечно, все эти предположения — не более чем догадка. Но возможно, они содержат в себе долю истины.
Первое упоминание о фениксе мы находим у греческого поэта Гесиода, который говорит о нем как о широко известной долгоживущей птице. Однако ее самое подробное описание оставил Геродот. Оно и послужило отправной точкой для развития многочисленных мифов о фениксе. Согласно Геродоту, египтяне почитали феникса как священную птицу. Сам он не видел птицу и описывает ее по фреске из гелиопольского храма: феникс похож на орла с красными и золотыми перьями. Вот история, изложенная Геродотом: молодой феникс прилетает в Египет из Аравии один раз в 500 лет, в когтях он приносит забальзамированное в мирре тело своего предка, которое хоронит в Храме солнца в Гелиополисе.
Библейский пророк Иезекииль называет феникса царем птиц и восхищается его чудесной песней. Диоген Лаэртий (III век н. э.) упоминает о фениксе, как о единственной птице, которая не нуждается в партнере для рождения потомства.
Первое описание возрождения феникса мы находим у Плиния Старшего: феникс живет в Аравии 540 лет, а затем умирает в гнезде, источающем аромат; из костей и костного мозга мертвой птицы появляется маленький червь, из которого вырастает новый феникс. Со времен Плиния (I век н. э.) мифологические черты феникса остаются практически неизменными: птица живет очень долго, она является людям только незадолго до смерти, после смерти рождается заново и, наконец, феникс — птица солнца.
Сильное влияние на распространение легенд о фениксе оказали «Метаморфозы» Овидия, который создал римскую версию мифа на основе греческого знания о птице солнца. Образ феникса как нельзя лучше иллюстрирует название книги: «метаморфозис» по-гречески означает «перевоплощение». По Овидию, феникс бессмертная птица, но его жизнь состоит из пятисотлетних циклов. В конце каждого цикла птица строит на высокой пальме гнездо из мирра, корицы и других благовоний. Солнце воспламеняет гнездо, и феникс сгорает в огне. Молодой феникс, рождающийся из пепла, живет следующие 500 лет. Когда птенец становится достаточно сильным, он переносит прах своего предка в храм города солнца.
Деталь, связанная с пальмовым деревом, может навести на некоторые догадки относительно происхождения феникса. Его описание у Овидия заставляет вспомнить о другой священной птице Египта — пурпурной цапле бену, название которой обозначает еще и вид пальмы. В древнеегипетской «Книге мертвых» говорится, что цапля бену также служила в Гелиополисе одним из символов солнца. В некоторых источниках бену называют «душой бога Ра» — египетского бога солнца, а также символом верховного бога Осириса, из сердца которого она якобы появилась.
Римский историк Тацит (I век н. э.), утверждает, что живущий 1461 год феникс перед смертью выделяет в гнездо некое плодородное вещество, из которого и рождается молодая птица. Современник Тацита святой Клемент Римский впервые связывает образ феникса с христианским учением: повторяя рассказ Овидия о пятисотлетнем фениксе, обитающем в Аравии, Клемент завершает свой рассказ словами о том, что Создатель, сотворивший феникса, таким образом продемонстрировал, что дарует бессмертие тому, кто посвящает жизнь верному служению Ему. Эта мысль Клемента была подхвачена более поздними христианскими авторами — Тертуллианом, Лактанцием, Руфином, святым Григорием Турским и другими. В бестиариях, средневековых книгах, в которых описания животных сопровождались религиозными комментариями, легенда о фениксе символизирует воскрешение Христа.
С течением веков количество упоминаний о фениксе в источниках растет в геометрической прогрессии. Если за все время до Рождества Христова известны только девять указаний на феникса, то в одном только I веке н. э. мы находим уже 21 упоминание у десяти авторов. В раннехристианские времена их насчитывается уже более 100, а количество литературных источников относящихся к средневековью, просто не поддается исчислению.
Символическое значение феникса с течением времени менялось. Если, как уже не раз говорилось, в Древнем Египте феникс отождествлялся с солнцем, то в Риме он стал символом императорской власти. Его изображения нередко встречаются на римских монетах.
В христианском учении феникс становится символом не только бессмертия духа, божественной любви и благословения, но и Бога-Сына, воскресшего на третий день после распятия. Изображения феникса украшают соборы в Туре, Магдебурге, Базеле, многих других европейских городах. Наиболее впечатляет настенная мозаика XII века в соборе в св. Петра в Риме: на ней изображен феникс, напоминающий скорее орла, чем цаплю, с бело-голубым оперением, но с золото-красными крыльями, его голова окружена белыми и золотыми нимбами.
Хотя феникс довольно редко появляется на полотнах художников времен европейского Возрождения, его изображения широко используются в геральдике. Феникс украшает щит Жанны д'Арк, печать шотландской королевы Марии Стюарт, медальон Елизаветы I, английской королевы. На броши леди Джейн Сеймур нарисован феникс, объятый пламенем.
Феникс с расправленными крыльями изображен и на одноименной картине Рембрандта. Существует предположение, что это полотно было заказано художнику амстердамской европейской общиной, символом которой также был феникс.
Бесчисленны упоминания о фениксе в художественной литературе. Древнейшие из литературных источников — английская «Поэма о Фениксе» (IX век), в которой птица олицетворяет загробную жизнь, «Поучение о Фениксе» (XII век), содержащая описание посещения рая святым Петром, который становится свидетелем возрождения феникса из пепла на третий день после смерти, и «Перцифаль» Вольфрама фон Эшенба-ха (XII век), где бессмертный феникс сторожит священный Камень Грааля.
В средневековой «Физиологии» мы находим христианскую версию мифа о фениксе: божественная птица прилетает в Гелиополис и знаками указывает жрецу, в каком месте следует развести костер; феникс погружается в огонь и сгорает дотла, но на следующий день из его праха выползает червь, который еще через день превращается в птенца; когда жрец приходит в храм на третий день, он видит взрослую птицу, которая затем улетает в неизвестном направлении. История, естественно, увязывается с воскрешением Христа.
Феникс фигурирует в «Божественной комедии» Данте и в сонетах Петрарки. Последний сравнивает с фениксом свою бессмертную любовь к Беатриче. Несмотря на то что, согласно древним источникам, на Земле живет только один феникс, герои романа «Гаргантюа и Пантагрюэль» Франсуа Рабле встречают во время своих путешествий одновременно 14 фениксов на одном дереве.
Феникс — один из любимых образов Шекспира. Мифологическая птица — герой его пьесы «Феникс и горлица». Феникс — символ бессмертия и истины, а горлица — любви и красоты. Оба сгорают в огне по причине «брачного целомудрия». В качестве символа возрождения и неповторимости феникс упоминается в пьесах «Буря», «Как вам это понравится», «Все хорошо, что хорошо кончается», «Генрих IV», «Жизнь короля Генриха V» и «Тимон Афинский».
В 1646 году выходит книга Томаса Брауна «Изучение всеобщих заблуждений», одна из глав которой посвящена фениксу. Браун анализирует описания феникса в греческих и римских источниках, в Библии и у христианских авторов. Он приходит к выводу о том, что феникс не существует, поскольку никто и никогда его не видел. Браун также подвергает сомнению основные мифологические черты феникса — его единственность в природе, его способ размножения, его невероятное долголетие.
Сотни поэтов и писателей обращались за вдохновением к образу феникса. В «Потерянном рае» Мильтона архангел Рафаил спускается на землю к Адаму в образе феникса. Китс пишет: «Мне крылья феникса пошли... чтобы улететь я мог к своим мечтам».
Феникс был и остается самой популярной мифологической птицей в мире. Он поистине бессмертен. Он живет со времен Геродота и Гесиода в нашей истории, мифах, фольклоре, литературе и искусстве. В его честь назван город в Соединенных Штатах. Пусть и дальше здравствует единственный и вечный феникс!
ХИМЕРА
В греческой мифологии химера («коза») — чудовище, которое побеждает герой Беллерофонт. Древнейшие упоминания о ней в литературе мы находим у Гомера и Гесиода. Гомер сообщает, что химера — огнедышащее чудовище, «спереди выглядит, как лев, имеет тело козы и хвост змеи». Гесиод также говорит о том, что химера извергает огонь, и описывает ее как «существо ужасное, огромное, быстроногое и сильное, у нее три головы: одна — львиная, другая — козья, а третья — змеиная, голова кровожадного дракона». В греческом искусстве химера обычно изображалась с туловищем льва, головой козы и змеиным хвостом.
Со временем слово «химера» стало ассоциироваться с целым рядом существ, «собранных» из частей тела различных животных и человека. Примером этого служит описание химеры у исследователя XVIII века Коутса: «Существо, выдуманное поэтами, с лицом прекрасной девушки, передними лапами и грудью льва, туловищем козла, задними лапами грифона и хвостом змеи». В современном языке химера в переносном смысле часто означает нереальную мечту или безумную идею.
И Гомер и Гесиод верили в божественное происхождение химеры. Согласно Гесиоду, ее матерью была Ехидна — наполовину девушка «с горящими глазами и бледными щеками», наполовину ужасная огромная змея. Отцом химеры был Цифей — младший сын Геи и Тартара. Цифей описывается как чудовище «выше любой из гор», с огромными крыльями, огненными глазами, лапами дракона и хвостом гадюки. У химеры были не менее любопытные братья: хранитель подземного царства пес Цербер и двухголовый пес Орт, охранявший стада Гериона. Однако это не единственная версия происхождения химеры. По другим источникам, ее отцом был Орт, а матерью — многоголовая Гидра. Впрочем, каково бы ни было ее происхождение, химера — безусловно, одно из древнейших мифических чудовищ, постоянно боровшихся с богами-олимпийцами за власть во вселенной.
Считалось, что химера жила в Ликии в Малой Азии. Имели место попытки связать ее происхождение с вулканом Химера (Янар): Сервий, комментатор Вергилия, пишет о том, что из жерла вулкана вырывалось пламя, у его вершины жили львы, на склонах паслись козы, а у подножия гнездились змеи. Плутарх полагал, что источником возникновения мифа о химере послужил пиратский корабль, украшенный изображениями змеи, льва и козы. Другие утверждали, что химера — это не что иное, как мифологический символ льва, пожирающего козу.
Бронзовые фигурки химеры времен династии Хань (II век до н. э. — II век н. э.) были найдены в Китае; химера нередко изображалась на индийских печатях и персидских надгробиях. Греки изображали химеру как льва с козлиной головой на спине и на крыльях.
Хотя химера не была таким популярным персонажем, как Горгона или Сфинкс, сохранилось немало изображений битвы химеры с Беллерофонтом, сидящим верхом на крылатом коне Пегасе. Легенда о сражении Беллерофонта с химерой — одна из древнейших в греческой мифологии. По разным версиям, Беллерофонт — либо сын царя Главка Коринфского, принявший это имя после убийства Беллера и своего собственного брата, либо, поскольку герои часто имели божественное происхождение, сын самого Посейдона. Его семья издавна была в немилости у богов. Отец Главка — Сизиф в качестве наказания за разглашение секрета Зевса был вынужден всю жизнь катить на гору огромный камень. Главк прогневал богов тем, что кормил своих лошадей человеческим мясом, полагая, что они станут смелее в битвах.
После убийства брата Беллерофонт бежит в Тирин. Царь Проэт соглашается принять его. Жена царя — Антея влюбляется в героя и, не получив взаимности, мстительно обвиняет Беллерофонта в попытке соблазнить ее. Проэт посылает Беллерофонта к отцу Антеи — царю Ликии Иобату с письмом, в котором обвиняет героя в прелюбодеянии и требует его казнить. Иобат проникается к Беллерофонту глубокой симпатией и вскрывает письмо только на девятый день. Содержание письма ужасает Иобата. Он не желает лично исполнить требование Проэта и поручает Беллерофонту выполнить опасное задание, в котором, как считает Иобат, его ждет неминуемая смерть. В то время Ликию опустошала неуязвимая огнедышащая химера. Ко всему прочему, химере покровительствует заклятый враг Проэта — карийский царь. Беллерофонт должен избавить страну от химеры.
Мудрец Полиэйд советует Беллерофонту укротить крылатого коня Пегаса и отправиться на битву именно на нем. Согласно мифам, Пегас родился из крови убитой Персеем Медузы Горгоны. От удара копыта Пегаса на горе Геликон забил знаменитый фонтан Гиппокрен, посвященный музам. Беллерофонт находит Пегаса в Коринфе и с помощью Афины надевает на него золотую узду. Верхом на коне он летит в Ликию и с безопасного для себя расстояния поражает химеру стрелами. Наконец он бросает копье со свинцовым наконечником прямо в пасть химеры. Вырывающийся из ее пасти огонь расплавляет свинец, он сжигает внутренности химеры, и чудовище погибает.
Иобат поручает Беллерофонту и другие смертельно опасные задания, но затем узнает правду о его взаимоотношениях с Антеей и в награду за службу отдает ему в жены другую свою дочь — Филоною. К несчастью, Беллерофонтом овладевает гордыня. Он решает взлететь на Пегасе на священный Олимп. Зевс низвергает его на землю, где герой, слепой и хромой, скитается в нищете до самой смерти.
Сцены битвы с химерой запечатлены на вазах из Коринфа и Аттики. На аттических амфорах львиная и козлиная головы химеры расположены на противоположных частях ее туловища и смотрят в разные стороны. На знаменитой бронзовой фигуре V века, найденной в Италии, химера представлена в виде льва со змеиным хвостом и головой козы на спине.
В средние века изображения химеры часто встречаются на боевых щитах, мозаиках на религиозные мотивы, на иллюстрациях к Библии. Франческо ди Джорд-жио и Рубенс посвятили битве Беллерофонта с химерой свои живописные полотна. Название «Химера» носит картина французского художника XIX века Постава Моро. Она отражает новый смысл слова «химера»: на полотне нет изображения классического чудовища, здесь химера скорее олицетворение ночных кошмаров и порочных желаний. Сам Моро говорил, что его работа посвящена «химерным снам о бедствиях, боли и смерти».
В античной литературе, помимо Гомера и Гесиода, к образу химеры обращались Еврипид, Овидий и Вергилий. В «Энеиде» химера предстает как одно из ужасных чудовищ, которых царь Эней встречает в подземном мире. В литературе нового времени, например в произведении Гюстава Флобера «Искушение святого Антония», химера — «символ фантазии», зеленоглазое существо, которое лает и извергает огонь из ноздрей, не очень удачно ведет беседу со Сфинксом — «символом реальности». Характер беседы символизирует неустранимый разрыв между реальностью и мечтой. В пьесе «Цирк доктора Лао» Чарльза Финнея химера показана как лев с орлиными крыльями и хвостом дракона, а сам герой романа доктор Лао утверждает, что химера не может очищать желудок естественным путем и вынуждена сжигать остатки пищи в своих внутренностях, — отсюда и огонь, вырывающийся из пасти.
В заключение коротко остановимся на «женской» ипостаси химеры. Кроме нее в греческой мифологии женскими существами считались Сфинкс, Медуза, Гидра, Ехидна и некоторые другие. В других культурах также имеются подобные образы. Возможно, эти существа отражают отрицательные черты Великой Богини времен матриархата. Три части химеры могли служить символами времен года: лев — весна, коза — лето, змея — осень и зима.
Одним из главных ритуалов в матриархальных религиях являлось жертвоприношение Священному Царю и Царице — людям, представляющим на земле Великую Богиню. Возможно, из этого ритуала позднее возник миф о химере — пожирательнице человеческой плоти. Во 2-м тысячелетии до н. э. матриархату в Греции бросила вызов патриархальная эллинская религия. В мифологии борьба между ними и победа патриархата отражены в мифах, где герои-мужчины побеждают чудовищ-женщин: Персей — Медузу, Геркулес — Гидру, Беллерофонт — Химеру. Согласно мифам, в это время Зевс становится верховным божеством, подчинившим себе Землю-Геру. Победа над химерой может символизировать и реальный захват эллинами матриархальных святилищ Горной Богини на горе Геликон и в Коринфе.
Наконец, с точки зрения современной психологии, химера олицетворяет «темную», подсознательную сторону человеческого существа, с которым сражается мужское Я. Такие монстры, как химера, не менее важны, чем герои. Если подсознательное убивают или грубо подавляют, даже «герой» может потерять человеческое лицо, и тогда его, как честолюбивого Беллерофонта, ожидает божественная кара. Следует опасаться химеры и даже сражаться с ней, однако не нужно тешить себя мыслью, что ее можно когда-нибудь окончательно победить.
-------------------------------------------------------------------------
2010-07-19 18:44 Читать похожую статью
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © Помощь студентам
    Образовательные документы для студентов.