.RU

Возможен ли государственный капитализм в масштабе всего мира? - Тони Клифф ответил на эти и другие вопросы 40 лет...

^

Возможен ли государственный капитализм в масштабе всего мира?


Если бы производство во всем мире оказалось под контролем одной власти, то есть если бы сталинской бюрократии удалось объединить весь мир под своей властью и массы были бы вынуждены примириться с подобным режимом, то экономика такого общества представляла бы собой систему эксплуатации, не подчиняющуюся действию закона стоимости со всеми вытекающими из него последствиями. Рассматривая эту проблему, разумеется как гипотезу в то время (1915 г.), Бухарин пришел к такому именно заключению. В своей книге «Мировое хозяйство и империализм» он разъясняет, что если бы национальное государство ведало организацией даже всего народного хозяйства, товарное производство все равно сохранялось бы, «во-первых, на мировом рынке», а потому экономика являлась бы государственно-капиталистической. Но, если бы «все мировое хозяйство оказалось организованным в один гигантский государственный трест» (что, кстати сказать, Бухарин не считал возможным), то «мы имели бы дело с совершенно новой, небывалой экономической формой. Это уже не был бы капитализм, ибо производство товаров исчезло бы; еще меньше это можно было бы назвать социализмом, ибо господство одного класса над другим сохранилось бы (и даже усилилось бы). Такая экономическая система больше всего напоминала бы хозяйство рабовладельца при отсутствии рынка рабов» (33).
(Ввиду национальных и социальных противоречий весьма маловероятно, чтобы подобная мировая империя могла когда-либо действительно возникнуть.)
^

Марксова теория капиталистических кризисов


В рамках настоящей работы невозможно подробно рассмотреть анализ капиталистического кризиса перепроизводства, данный Марксом. Нам придется ограничиться  кратким обзором.
В отличие от всех докапиталистических форм производства капитализм вынужден накапливать все больше и больше капитала. Однако этот процесс осложняется двумя взаимно дополняющими друг друга и в то же время противоречивыми явлениями, порождаемыми самой системой. Одно из них — это понижение нормы прибыли, означающее уменьшение источников дальнейшего накопления. Другое явление — увеличение производства сверх поглощающей способности рынка. Если бы не первое противоречие, то разрешение кризиса «недопотребления» путем повышения заработной платы рабочих было бы простым и действенным способом. Не будь второго противоречия, фашизм мог бы путем постоянного снижения заработной платы задерживать наступление кризиса, во всяком случае довольно продолжительное время.
Касаясь второй стороны капиталистической дилеммы, низкой покупательной способности масс, Маркс писал: «Вся товарная масса, весь продукт, — как та его часть, которая возмещает постоянный и переменный капитал, так и часть, представляющая прибавочную стоимость, — должна быть продана. Если этого не происходит, или если это происходит только отчасти, или если товар продается лишь по ценам, которые ниже цен производства, то хотя рабочего и эксплуатировали, но эта эксплуатация не реализуется как  таковая для капиталиста что может быть связано с полным отсутствием реализации выжатой прибавочной стоимости или лишь с частичной ее реализацией, даже с частичной или полной потерей   капитала Условия непосредственной эксплуатации и условия реализации ее не тожественны. Они не только не совпадают по времени и месту, но и по существу различны. Первые ограничиваются лишь производительной силой общества, вторые ограничиваются пропорциональностью различных отраслей производства и потребительной силой общества. Но эта последняя определяется не абсолютной производительной силой и не абсолютной потребительной силой, а потребительной силой на основе антагонистических отношений распределения, которые сводят потребление огромной массы общества к минимуму, изменяющемуся лишь в более или менее узких границах. Она ограничена далее стремлением к накоплению, стремлением к увеличению капитала и к производству прибавочной стоимости в расширенном масштабе» (34). И он добавляет: «Огромная по отношению к населению производительная сила, развивающаяся в рамках капиталистического способа производства, и возрастание, хотя и не в той же пропорции, капитальных стоимостей (не только их материального субстрата), растущих значительно быстрее, чем население, противоречат все более суживающейся, по сравнению с ростом богатства, основе, для которой действует эта огромная производительная сила, и условиям возрастания стоимости этого все нарастающего капитала. Отсюда кризисы» (35).
В другом месте он сформулировал ту же мысль следующим образом: «Последней причиной всех действительных кризисов остается всегда бедность и ограниченность потребления масс, противодействующая  стремлению  капиталистического  производства развивать производительные силы таким образом, как если бы границей их развития была лишь абсолютная потребительная способность общества» (36).
В конечном итоге причиной капиталистического кризиса является то, что все большая часть дохода общества попадает в руки капиталистического класса и все большая часть его используется не для покупки предметов потребления, а для приобретения средств производства, то есть для накопления капитала. Но так как все средства производства являются потенциально предметами потребления, поскольку по истечении определенного времени стоимость средств производства оказывается воплощенной в предметах потребления, относительное увеличение доли национального дохода, используемой для накопления, по сравнению с долей, расходуемой на нужды потребления, должно вести к перепроизводству. И процесс этот все нарастает. Увеличение накопления сопровождается рационализацией труда, следствием которой является повышение степени эксплуатации. Чем выше степень эксплуатации,  тем больше фонд за счет которого осуществляется накопление, по сравнению с  заработной  платой  рабочих и доходом капиталиста. Накопление порождает накопление.
Если бы «бедность и ограниченность потребления масс» были единственной причиной капиталистического кризиса, кризис был бы постоянным, ибо заработная плата рабочих в целом всегда отстает от роста производительности труда. Мы имели бы тогда дело не с внезапным, катастрофическим выравниванием разнородных элементов, а с постоянным кризисом.
Но существует и другая сторона дилеммы—понижение нормы прибыли. Процесс накопления капитала  сопровождается ростом органического состава капитала, то есть происходит замена живого труда мертвым трудом (воплощенным в машинах и т. п.). Поскольку первый из них производит прибавочную стоимость, а последний не производит, наблюдается постоянная тенденция нормы прибыли к понижению. Это понижение в свою очередь  обостряет  конкуренцию  между  капиталистами,   ибо каждый из них должен пытаться увеличить свою общую прибыль за счет своих конкурентов. Конкуренция ведет к рационализации последовательно, к еще большему росту органического состава капитала. Из этого порочного круга выхода нет. Сама по себе эта тенденция не является причиной цикла, состоящего из оживления, подъема, кризиса и депрессии. Маркс указывает, что понижение нормы прибыли есть очень медленный процесс, подверженный влиянию многих противодействующих факторов. Тем не менее он составляет подоплеку экономического цикла. Непосредственными причинами цикла являются изменения в заработной плате, вызываемые изменениями спроса на рабочую силу, которыми сопровождается процесс накопления. Маркс писал относительно понижения нормы прибыли: «…оно способствует перепроизводству, спекуляции, кризисам, появлению избыточного капитала наряду с избыточным населением» (37). «Предел капиталистического способа производства обнаруживается… в том, что порождаемое развитием производительной силы труда понижение нормы прибыли представляет собою закон, который на известном пункте самым резким образом приходит в столкновение с собственным развитием производительной силы труда и потому всегда должен преодолеваться посредством кризисов» (38).
Относительно повышения уровня заработной платы в связи с увеличением занятости в период подъема Маркс писал, что когда утверждают, «что рабочий класс получает слишком малую часть своего собственного продукта и что, следовательно, горю можно помочь, если он будет получать более крупную долю продукта, т. е. если его заработная плата возрастет, то в ответ достаточно только заметить, что кризисы каждый раз подготовляются как раз таким периодом, когда происходит общее повышение заработной платы и рабочий класс действительно получает более крупную долю  той  части  годового продукта, которая предназначена для потребления» (39).
По поводу связи между торговым циклом, нормой прибыли, уровнем заработной платы и степенью занятости, причем этот последний фактор имеет решающее значение, знаменуя собой окончание подъема и начало кризиса, Маркс писал: «..вся характерная для современной промышленности форма движения возникает из постоянного превращения некоторой части рабочего населения в незанятые или полузанятые руки… Как небесные тела, раз они приведены в известное движение, постоянно повторяют его, совершенно так же и общественное производство, раз оно брошено в это движение попеременного расширения и сокращения, постоянно воспроизводит его. Следствия в свою очередь становятся причинами, и сменяющиеся фазы всего процесса, который постоянно воспроизводит свои собственные условия, принимают форму периодичности» (40).
Согласно его теории норма прибыли определяет темп накопления, темп накопления определяет степень занятости, степень занятости определяет уровень заработной платы, уровень заработной платы определяет норму прибыли и т. д. Создается порочный круг. Высокая норма прибыли означает быстрое накопление, а следовательно, увеличение занятости и повышение заработной платы. Этот процесс продолжается до того момента, пока повышение заработной платы не начинает сказываться столь неблагоприятно на норме прибыли, что накопление катастрофически снижается, а то и вовсе прекращается.
Цикл нормы прибыли, цикл накопления и цикл занятости есть жизненный цикл основного капитала (то есть машин, зданий и т. п.): «…в той самой мере, как с развитием капиталистического способа производства растет размер стоимости и продолжительность существования применяемого основного капитала, в этой же мере жизнь промышленности  и  промышленного капитала в каждой особой отрасли вложения развивается в многолетнюю жизнь, — скажем, средним счетом в десятилетнюю жизнь. Если, с одной стороны, развитие основного капитала удлиняет эту жизнь, то, с другой стороны, она сокращается вследствие постоянных переворотов в средствах производства, переворотов, которые с развитием  капиталистического способа производства также постоянно возрастают. С этим связаны и смена средств производства и необходимость постоянного их возмещения, потому что они подвергаются моральному снашиванию задолго до того, как физически отживут свое время. Можно принять, что в решающих отраслях крупной промышленности этот цикл жизни составляет теперь средним счетом десять лет. Однако дело здесь не в определенном числе. Ясно во всяком случае следующее: этим охватывающим ряд лет циклом взаимно связанных между собой оборотов, в которых капитал закреплен своей основной составной частью, дана материальная основа периодических кризисов, причем в ходе цикла деловая жизнь последовательно переживает периоды ослабления, среднего оживления, стремительного размаха, кризиса. Хотя периоды, когда вкладывается капитал, весьма различны и далеко не совпадают друг с другом, тем не менее кризис всегда образует исходный пункт для крупных новых вложений напитала. Следовательно, если рассматривать общество в целом, то кризис в большей или меньшей степени создает новую материальную основу для следующего цикла оборотов» (41).
Эта теория объясняет, почему, несмотря на антагонистический способ распределения и тенденцию нормы прибыли к понижению, мы имеем дело не с постоянным кризисом перепроизводства, а с циклическим развитием экономики. В  период, в течение которого обновляется и пополняется основной капитал, введение новых средств производства не имеет своим прямым результатом увеличение выпуска готовых изделий. Однако по истечении некоторого времени, возможно через несколько лет, стоимость новых средств производства начинает овеществляться в новых продуктах, как в средствах производства, так и в предметах потребления. В это время не происходит каких-либо новых вложений капитала или же делаются сравнительно небольшие капиталовложения. Другими словами, в течение  нескольких лет капиталовложения в строительство новых промышленных предприятий или  в расширение уже существующих бывают весьма крупными сравнительно с тем увеличением выпуска готовой продукции, который наблюдается при этом. Это годы подъема, сменяющиеся периодом, в течение которого выпуск готовой продукции значительно расширяется почти одновременно с замедлением темпа накопления. Это наивысшая точка подъема и одновременно предвестник надвигающегося кризиса. Затем наступает кризис: производство катастрофически падает, вложения капитала прекращаются или даже сменяются изъятиями капиталовложений.
В этой связи необходимо остановиться еще на одном явлении — диспропорции между различными отраслями промышленности. Она может являться прямым результатом анархического характера капиталистического производства. Капиталисты какой-либо одной отрасли промышленности могут переоценить спрос на продукцию данной отрасли и в результате этого чрезмерно увеличить ее производственную мощность. Так как капиталистов много, то каждый из них лишь после того, как товары уже произведены, по реакции рынка убеждается в том, что предложение превысило спрос. Это ведет к падению цен, снижению прибылей, ограничению и сокращению спроса на рабочую силу, сырье и машины, производимые другими предприятиями, и т. д. Это ограничение вовсе не всегда компенсируется Расширением производства в других отраслях промышленности. Напротив, сокращение производства в одной отрасли может привести к таким же последствиям в других отраслях, находящихся в прямой или косвенной зависимости от нее. Если та отрасль, которая первой пострадала от перепроизводства, является важной, может последовать всеобщий кризис. «Для того, чтобы кризис (следовательно, и перепроизводство) был всеобщим, достаточно, чтобы он охватил главные предметы торговли» (42).
В этом случае диспропорция между различными отраслями промышленности является причиной понижения нормы прибыли и сокращения потребления масс, и эти три фактора, вместе взятые, порождают кризис.
Но диспропорция между различными отраслями промышленности может быть не только причиной, но и результатом понижения нормы прибыли или недопотребления масс. Если на основе определенной нормы прибыли существует определенный уровень накопления, то норма прибыли определяет спрос на средства производства и устанавливает определенное соотношение между спросом на средства производства и предметы потребления. Понижение нормы прибыли, ведущее к снижению темпа накопления, тотчас же изменяет характер спроса и, таким образом, нарушает равновесие спроса на продукцию обоих подразделений. Такая же связь существует и между недопотреблением масс и пропорциональностью или диспропорцией различных отраслей промышленности. «Потребительная сила общества» и «пропорциональность различных отраслей производства» вовсе не являются самостоятельными, независимыми, но связанными друг с другом явлениями. Напротив, определенное состояние потребления есть один из элементов пропорциональности (43).
Одним из симптомов диспропорции между различными отраслями промышленности является изменение соотношения между производством сырья и спросом на него. Как правило, в начальный период оживления предложение сырья превышает спрос на него, а потому цены на сырье невысоки. По мере активизации экономической деятельности эти цены повышаются, что увеличивает издержки производства и тем самым неблагоприятно влияет на норму прибыли (44). В период подъема цены на сырье обычно повышаются значительнее, чем цены на готовые изделия, а в период кризиса происходит гораздо более резкое их падение. Причина этого в том, что предложение сырья отличается гораздо меньшей эластичностью, нежели предложение готовых изделий.
Другим показателем той же самой диспропорции, являющимся скорее следствием, нежели причиной экономического цикла, но оказывающим, тем не менее, значительное обратное воздействие, является норма процента. Капиталистические предприниматели получают не всю прибавочную стоимость, произведенную на их предприятиях, а лишь ту ее часть, которая остается за вычетом ренты, налогов и процента. В начале периода оживления предложение кредита обычно превышает спрос на него. Ввиду этого норма процента низка, а это в свою очередь способствует оживлению. В период подъема норма процента остается низкой, и лишь незадолго до окончания этого периода она резко повышается, достигая своего максимума с наступлением кризиса. После этого она очень резко падает (45). Таким образом, если кривая общей нормы прибыли и кривая экономического цикла в целом приблизительно совпадают, то кривая нормы процента имеет гораздо больше зигзагов и часто отклоняется от кривой экономического цикла. Изменения нормы процента, с одной стороны, резко ускоряют оживление, а с другой стороны, ввергают экономическую систему во все более глубокие кризисы.
Кредит дал возможность капитализму развиваться небывалыми темпами, но он же усугубил неустойчивость капиталистической системы. Он вводит промышленников в заблуждение относительно истинного состояния рынка, так что они продолжают расширять производство сверх того предела, на котором они остановились бы, если бы все платежи производились наличными деньгами. Это отдаляет наступление кризиса, но зато делает его более серьезным, когда он все же наступает.
Еще одним фактором, способствующим наступлению кризиса, является существование целого ряда посредников между промышленным капиталистом и потребителями. Благодаря их деятельности производство в известных пределах может увеличиваться без соответствующего увеличения сбыта продуктов потребителям. Нереализованные продукты остаются в качестве запасов на складах торговцев, что делает кризис, когда он наступает, еще более жестоким. Такова вкратце марксова теория  капиталистических кризисов.
^

Государственный капитализм и кризис. Постановка вопроса


Совершенно очевидно, что некоторые из тех причин, которые вызывают при классическом капитализме кризисы перепроизводства, при системе государственного капитализма исчезают. Так, например, посредников не будет при государственном капитализме, но они могут быть устранены даже в частном предприятии, если промышленник будет продавать свою продукцию непосредственно потребителю через свою собственную торговую сеть. Кредит так же перестал бы оказывать влияние, если бы все платежи производились наличными деньгами. При государственном капитализме норма процента не воздействовала бы на колебания в темпах производства. Поскольку государство являлось бы собственником всего капитала, использование кредита ничем не отличалось бы от использования каждым капиталистом своего собственного капитала. Точно так же диспропорция между различными отраслями хозяйства не являлась бы первопричиной кризиса. Хотя в области капиталовложений могли бы быть допущены просчеты и предложение определенного продукта могло бы превысить спрос на него, тот факт, что производство и спрос планировались бы государством, исключает возможность сколько-нибудь серьезной диспропорции. Кроме того, поскольку государство являлось бы собственником всех промышленных предприятий, здесь не было бы совокупного процесса снижения цен и понижения нормы прибыли, охватывающего одну отрасль промышленности за другой, а последствия частичного перепроизводства сказывались бы непосредственно на всей экономике. С началом следующего производственного цикла производство определенных видов товаров было бы сокращено и равновесие было бы восстановлено.
Правда, все эти факторы перестали бы действовать лишь при условии, если бы государственно-капиталистическая экономика была самообеспеченной. Если же ей приходилось бы производить для мирового рынка, получать кредиты от других стран и т. д., то указанные факторы сохранили бы известное влияние.
Но что можно сказать относительно основной дилеммы, стоящей перед классическим капитализмом? Как может быть достигнута высокая норма прибыли при реализации прибавочной стоимости? Каким образом может осуществляться быстрое накопление капитала без подрыва рынка, в котором он нуждается? В определенной фазе цикла — в период подъема — классический капитализм временно разрешает проблему: высокая норма прибыли ведет к быстрому накоплению, то есть к значительному увеличению производства средств производства по сравнению с производством предметов потребления. Ввиду этого значительная часть прибавочной стоимости может быть реализована в отраслях, производящих средства производства, то есть в системе самого производства. (Уже это одно достаточно объясняет, почему недопотребление масс не вызывает постоянного кризиса и не служит препятствием к расширению производства при капитализме.) Если бы капитализм мог превратить подъем из временной фазы в постоянное состояние, не было бы никакого перепроизводства. Может ли государственный капитализм сделать это? Может ли он обеспечить высокую норму прибыли, быстрый темп накопления и высокий уровень производства, сохраняя в то же самое время антагонистический способ распределения, «бедность и ограниченность потребления масс»?
^

Бухарин о кризисе при государственном капитализме


Единственным марксистским экономистом, занимавшимся теоретической проблемой кризиса перепроизводства в условиях государственно-капиталистической экономики, был Бухарин. В своей критике теории накопления Розы Люксембург он в числе других проблем ставит вопрос о том, как при государственном капитализме осуществлялось бы расширенное воспроизводство

*

и имели ли бы место кризисы перепроизводства. Он пишет: «Возможно ли здесь накопление? Разумеется. Постоянный капитал увеличивается, ибо увеличивается потребление капиталистов. Постоянно создаются новые отрасли производства, отвечающие новым потребностям. Потребление рабочих, хотя и ограниченное определенными пределами, растет. Несмотря на это «недопотребление» масс, кризис не возникает, ибо спрос одних отраслей производства на продукцию других, а также спрос потребителей, как капиталистов, так и рабочих, определяется заранее. (Вместо «анархии»  производства — то,  что с точки зрения капитала можно назвать рациональным планом.) Если допущена ошибка  в количестве произведенных средств производства, излишек добавляется к материально-производственным запасам и в следующем производственном периоде сносится соответствующее исправление. Если ошибка допущена в количестве произведенных предметов потребления рабочих, излишек может быть поделен между рабочими или уничтожен. «Выход из положения» ясен также и в случае ошибки в производстве предметов роскоши. Таким образом, никакого общего кризиса перепроизводства быть не может. Потребление капиталистов является движущей силой производства и производственного плана. Следовательно, в этом случае происходит не особенно быстрое развитие  производства   (число  капиталистов невелико)» (46).
____________________

*

Бухарин определяет государственный капитализм следующим образом: «…капиталистический класс объединен в единый трест, организованное хозяйство, являющееся в то же самое время с точки зрения классов антагонистическим» (N. Bukharin, Der Imperialismus und die Akkumulation des Kapitals, Vienna – Berlin, 1926, p. 80).
Слова Бухарина о том, что «в этом случае наблюдается не особенно быстрое развитие производства», могут ввести в заблуждение. Развитие производства будет не только «не особенно быстрым», оно будет замедленным по сравнению с огромной производственной мощью «свободной» капиталистической экономики. Фактически наступит застой.
Интересно отметить, что Маркс связывал застой производства или его «погружение в сон» с сокращением числа капиталистов во всем мире до небольшой горстки. «Норма прибыли— писал он, — т. е. относительный прирост капитала, имеет важное значение прежде всего для всех новых, самостоятельно группирующихся ответвлений капитала. И если бы капиталообразование стало уделом исключительно немногих крупных капиталов, для которых масса прибыли перевешивает ее норму, то вообще угас бы огонь, оживляющий производство. Оно погрузилось бы в сон» (47).
^

«Разрешение вопроса» Туган-Барановским


Может ли существовать капиталистически» способ производства, характеризующийся высоким и постоянно растущим уровнем производства, при сохранении нынешнего антагонистического способа распределения?
Можно было бы составить схему подобного способа производства, исходя из следующих принципов. Всякое повышение производительности труда должно сопровождаться соответствующим увеличением производства средств производства, тогда как производство предметов потребления не должно опережать рост населения и потребление класса капиталистов. С изменениями в технике рабочая сила и капитал переключались бы с производства предметов потребления на производство средств производства: все большее количество людей и капитала было бы занято в производстве машин, производящих машины для производства машин, и т. д., в то время как производство предметов потребления не возрастало бы пропорционально росту производительной способности общества. Производство осуществлялось бы все более и более по замкнутому кругу, и, таким образом, рынок, на который работает капитализм, был бы заключен внутри этого круга. При сохранении должного соотношения между двумя подразделениями промышленности кризис перепроизводства не возник бы, как бы ни была низка покупательная способность масс.
Такова была теория Михаила Туган-Барановского, русского немарксистского социал-экономиста. Он писал: «Вышеприведенные схемы должны были подтвердить принцип, который мог встретить возражения при отсутствии должного понимания процесса, а именно тот принцип, что капиталистическое производство само создает для себя рынок. Пока имеется возможность расширять общественное производство — если это позволяют производительные силы, — пропорциональное разделение общественного производства должно иметь своим результатом также соответствующее расширение спроса, ибо при таких условиях всякий вновь произведенный товар представляет вновь созданную покупательную способность для приобретения других товаров. Важнейший вывод, который может быть сделан из сравнения простого воспроизводства общественного капитала с его расширенным воспроизводством, состоит в том, что в капиталистическом  хозяйстве спрос  на  товары до известной степени независим от общего объема общественного потребления. Сколь бы нелепым это ни казалось с точки зрения «здравого смысла», может быть так, что общий объем общественного потребления в целом будет уменьшаться, в то время как совокупный общественный спрос на товары будет возрастать» (48).
Только диспропорция в степени расширения обоих подразделений промышленности может вызвать кризис. «Если… расширение производства практически ничем не ограничено, мы должны предположить, что расширение рынков в разной мере ничем не ограничено, ибо при условии пропорционального распределения общественного производства единственным пределом расширения рынка являются производительные силы, имеющиеся в распоряжении общества» (49).
«Технический прогресс выражается в том, что значение средств труда, машин, все более увеличивается по сравнению с живым трудом; самим рабочим. Средства производства играют все белее важную роль в процессе производства и на рынке товаров. По сравнению с машиной рабочий все более отступает на задний план, так же как спрос, порождаемый потреблением рабочих, все более отступает на задний план по сравнению со спросом, порождаемым потреблением средств производства.
Вся жизнедеятельность капиталистического хозяйства приобретает характер механизма, который существует ради себя самого и для которого человеческое потребление есть лишь один из моментов процесса воспроизводства и оборота капиталов» (50).
В другой работе Туган-Барановский довел эту мысль до абсурда: «Если все рабочие, кроме одного, исчезнут и будут заменены машинами, тогда этот единственный оставшийся рабочий приведет в движение всю огромную массу машин и с их помощью будет производить новые машины, а также потребительские товары для капиталистов. Рабочий класс исчезнет, что ни в малейшей степени не нарушит процесс самовозрастання (Verwertungsprozess) капитала. Капиталисты будут получать не меньшую чем раньше массу потребительских товаров, вся продукция одного года будет реализоваться и использоваться производством и потреблением капиталистов в течение следующего года.. Даже если капиталисты захотят ограничить свое собственное потребление, это не представит никаких трудностей: в этом случае производство предметов потребления капиталистов частично прекращается и еще большая часть общественного продукта состоит из средств   производства, служащих целям дальнейшего расширения производства. Производятся, например, железо и уголь, которые всегда служат для расширения производства железа и угля. В каждом следующем году расширенное производство железа и угля поглощает возросшую массу продуктов, произведенных в предшествующем году, пока запасы необходимых минералов не будут истощены» (51).
Ясно, что в основе концепции Туган-Барановского, как это подчеркивает он сам, лежит не «совершенно произвольное и нереалистическое предположение, будто замена ручного труда машинами ведет к абсолютному уменьшению числа рабочих… а скорее то положение, что при пропорциональном распределении общественного производства никакое сокращение общественного потребления не может привести к производству избыточной продукции» (52).
«Решение», предлагаемое Туган-Барановским, неприложимо к частному капитализму ввиду зависимости двух подразделений экономики друг от друга и ввиду того, что обмен между ними не поддается контролю.
При капитализме производятся как потребительные стоимости, так и стоимости. Цель производства потребительных стоимостей — в удовлетворении потребностей людей независимо от той или иной формы хозяйства, целью же производства стоимостей является «накопление». Как говорил Маркс, «Накопление есть завоевание мира общественного богатства. Вместе с массой эксплуатируемого человеческого материала оно расширяет область прямого и косвенного господства капиталиста» (53).
Хотя капиталист может смотреть на потребительную стоимость как на простого носителя стоимости и хотя он может считать потребление лишь целью, а не средством, тем не менее средства имеют жизненно важное значение, ибо без них цель не могла бы быть достигнута. Потребление создает производство, порождая потребность в новом производстве. Нет потребностей, нет и производства. Но потребление воспроизводит потребность (54).
Зависимость накопления от потребления означает, что подразделение экономики,  производящее средства производства, зависит от подразделения, производящего предметы потребления. При частном капитализме эти отношения устанавливаются без сознательного планирования. Если предложение средств производства превышает спрос на них в большей  мере, чем предложение предметов потребления превышает спрос на эти последние, то цена первых понижается по сравнению с ценой последних. Таким образом, норма прибыли понижается в отраслях, производящих средства производства, и повышается в отраслях, производящих предметы потребления. Это ведет к замедлению накопления в первом и к ускорению темпа накопления во втором подразделении экономики. Тогда капитал переливается из первого подразделения во второе, пока между ними не восстанавливается равновесие.
Этот процесс предполагает свободное движение товарных цен, свободное движение капитала из одного подразделения в другое и повышение заработной платы в результате увеличения занятости в первом подразделении, служащего причиной увеличения спроса на продукцию промышленности, производящей потребительские товары.
В силу этого «решение» Туган-Барановского не может быть применено при частном капитализме. Тем не менее с точки зрения капиталиста оно заключает в себе рациональное зерно.
По существу, это есть расширение фазы оживления и подъема в экономическом цикле, фазы, в течение которой накопление увеличивается в большей мере, чем потребление, а производство средств производства растет быстрее, чем производство предметов потребления. В течение нескольких лет накопление может значительно превышать потребление, не нарушая равновесия экономики. Из этого, а также из того факта, что связующим звеном между оборотами нормы прибыли, накопления и занятости является темп изнашивания основного капитала (машин, зданий и т. д.), следует, что при условии, если бы можно было предотвратить увеличение производства потребительских товаров при постоянном увеличении производства средств производства, подъем длился бы дольше, чем это обычно бывает при десятилетнем цикле. Это возможно при государственном капитализме, поскольку государство является собственником всего общественного капитала и может контролировать его перемещение из одного подразделения в другое.
Государственный капитализм устраняет и другое явление, обусловливающее при частном капитализме переход от подъема к кризису, и тем самым делает на время осуществимым «решение» Туган-Барановского. При частном капитализме высокая норма прибыли ведет к быстрому накоплению, высокому уровню занятости и высокой заработной плате. Этот процесс достигает такой точки, когда заработная плата оказывается настолько высокой, что это начинает влиять на норму прибыли, которая резко падает, увлекая за собой накопление, занятость и заработную плату. Поскольку рабочие «свободны» вести торг относительно условий продажи своей рабочей силы, «относительное перенаселение есть тот фон, на котором движется закон спроса И предложения труда. Оно втискивает размах этого закона в границы, абсолютно согласные с жаждой эксплуатации и стремлением к господству, свойственными капиталу»(55).
Таким образом, «решение» Туган-Барановского осуществимо при государственном капитализме в том случае, если речь идет о стране отсталой в сравнении с уровнем мирового капитализма, если средства производства,  которыми  она располагает, недостаточны и если ввиду этого первейшей потребностью ее экономики является производство машин, с помощью которых можно было бы производить машины, и т. д. Но не очутится ли эта государственно-капиталистическая система перед лицом перепроизводства после того, как в результате производства машин экономика страны достигнет уровня экономики остального мира? Ответ на этот вопрос может быть только один — тот, который дал Бухарин, а именно: экономика фактически будет переживать застой.
На первый взгляд бухаринская характеристика взаимозависимости государственного капитализма и кризиса перепроизводства представляется прямой противоположностью «решения» Туган-Барановского. Туган-Барановскнй говорит о капиталистической системе, при которой происходит очень быстрый рост производства и накопления, Бухарин — о системе, при которой масштабы производства и накопления очень невелики. Первый из них описывает накопление, растущее независимо от потребления, второй говорит о накоплении, сопровождающем потребление и зависящем от него. Однако обе теории имеют то общее, что в них подчеркивается коренное противоречие при капитализме между накоплением и   потреблением. Туган-Барановский высказывает мнение, что это противоречие может быть разрешено путем полного освобождения накопления и производства от потребления; Бухарин считает, что оно может быть разрешено, если замедлить темпы накопления и производства и привести  их   в   соответствие   с  темпами    потребления.   Первый утверждает, что рост производства возможен и лишь способствует накоплению, второй доказывает, что быстрое накопление невозможно и что производство должно   поэтому   замедляться. Первый отражает фазу подъема, второй — фазу кризиса в капиталистическом цикле. Оба    «решения» оставляют рабочего в подчинении капиталу.
«Решение» Туган-Барановского возможно при системе государственного капитализма в отсталой стране. Схема Бухарина применима к государственному капитализму при таких условиях, когда экономика приближается к моменту полного насыщения средствами производства. Это — капитализм, кажущийся свободным от кризисов, но в действительности переживающий постоянный кризис, ибо, если производство не превышает спрос, оно ограничивается спросом. Обе системы являются продуктом противоречия между производительными силами и капиталистическими отношениями производства и распределения.
Но помимо этих «решений», существует и другой способ, с помощью которого государственный капитализм может устранить кризис. Это — военная экономика.
^

Производство и потребление средств разрушения


Характерная   особенность    потребления   капиталистов, по Марксу, состоит в том, что оно не является частью процесса воспроизводства. «Потребление» средств производства   (изнашивание машин и т. д.) ведет к созданию новых средств производства или новых предметов потребления, потребление рабочих имеет своим результатом воспроизводство рабочей силы, тогда как продукты, потребленные капиталистами, не принимают никакого участия в новом производственном цикле. Существует, однако, такая форма потребления, которая отвечает этой характеристике и в то же время является способом приобретения нового капитала и новых возможностей для накопления, то есть «завоевания мира общественного   богатства»,   расширяющего «массу   эксплуатируемого   человеческого   материала». Это — военное производство.
Подобно   кризису   перепроизводства,   военная   экономика, являющаяся составной частью капитализма, резко выявляет те препятствия на пути капиталистического способа производства, которые порождаются самой системой. Более того, капиталистическая война ведет не только к прекращению накопления и уничтожению капитала в таком  масштабе, который делает возможным новое накопление, но и причиняет такие разрушения, что возникает тенденция к полному отрицанию капитализма и возврату к варварству.
Несмотря на внешнее сходство, военная экономика и социалистическое хозяйство являются полярными противоположностями. В условиях военной экономики, как и при социалистическом   хозяйстве,  государство   устанавливает   контроль   над экономикой и планирует как производство, так и распределение. При военной экономике, как и при социалистическом хозяйстве производство ведется в максимально широком масштабе. Но если отношения распределения являются антагонистическими и если громадное накопление, уже осуществленное в прошлом, препятствует новому накоплению, максимальное производство возможно лишь при том условии, если значительная часть продуктов не обменивается, то есть если они производятся не как стоимости, а как потребительные стоимости. В условиях социалистического хозяйства целью производства является создание потребительных стоимостей; главная цель военной экономики также состоит в производстве потребительных стоимостей. Но в социалистическом обществе создаются потребительные стоимости, нужные народу, тогда как военная экономика производит пушки, военное снаряжение и припасы, которые представляют собой потребительные стоимости, идущие во вред народу.
Военная экономика неизбежно сопровождается не кризисом перепроизводства, а кризисом недопроизводства, ибо спрос на товары превышает производственные возможности хозяйства. Кризис недопроизводства всякий раз сопровождается инфляцией в широком или малом масштабе.
Военные приготовления и война сказались для русского государственного капитализма в том, что ему еще не пришлось прибегнуть к бухаринскому «решению». Поскольку экономика направлена на производство не средств разрушения, а средств производства, позволяющих производить средства производства и т.д., она следует по пути, указываемому «решением» Туган-Барановского. Во всяком случае, производство предметов потребления значительно отстает от производства как военных материалов, так и средств производства.
Учитывая нынешнюю международную ситуацию, «решение», подсказываемое военной экономикой, является, по-видимому, единственным средством, за которое может ухватиться русская бюрократия, пока либо социализм, либо варварство не сделают ненужным более «разрешение» противоречий, свойственных как классическому, так и государственному капитализму.

2010-07-19 18:44 Читать похожую статью
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • Контрольная работа
  • © Помощь студентам
    Образовательные документы для студентов.